Взаимосвязь культурно-психологических факторов и социального капитала

Понятие «социальный капитал» восходит к концепциям, разра- ботанным в экономической теории и социологии. По сути оно заим — ствовано из экономики и переосмыслено в русле других наук. Вве — денное в научный лексикон в 1916 г. Л. Ханифан [4], понятие соци — ального капитала было подвергнуто теоретическому анализу в

1970–1980-е гг. [1, 3], а получило широкую известность благодаря исследованиям Р. Патнэма [5], предложившего интерпретацию его сущности и функций в различных сферах человеческой деятельно — сти. Р. Патнэм конкретизировал данное понятие и дал ему объясне — ние. По его мнению, социальный капитал в процессе его использо — вания, в отличие от других форм капитала, «не столько сокращает — ся, сколько нарастает, а исчерпание наступает только в том случае, если им не пользуются» [5, с. 210]. Кроме того как одну из основных отличительных черт социального капитала Р. Патнэм называет его

В данной работе мы понимаем социальный капитал как сово- купность психологических отношений, которые повышают ма-

териальное благосостояние индивидов и групп, не нанося ущерба субъектам экономической системы.

Синтез существующих в экономике, социологии и социальной психологии подходов к составляющим социального капитала позво — ляет остановиться на следующем варианте его психологической структуры:

 доверие (межличностное и институциональное);

 позитивная и «сильная» групповая идентичность (в том числе гражданская, если идет речь о социальном капитале общества);

 взаимная толерантность.

В рамках нашего исследования мы задались вопросом: связаны ли культурные характеристики российской молодежи с показате — лями ее социального капитала? В настоящее время в социальной психологии существует очень небольшое количество исследований, направленных на выявление роли характеристик культуры в фор-

мировании социального капитала. Например, кросскультурные ис — следования свидетельствуют о связи социального капитала с таким измерением, как индивидуализм-коллективизм. При этом большим социальным капиталом, как правило [6], обладают индивидуалисти — ческие культуры. Однако исследований, направленных на выявле — ние связей социального капитала и других культурных измерений (ценностей по Ш. Шварцу, социальных аксиом М. Бонда и К. Леунга) не проводилось.

Методика

Участники исследования. В исследовании приняли участие студенты московских вузов: ГУ-ВШЭ, МосГУ, РЭА им. Плеханова, всего 330 человек. Выборка включала 113 мужчин и 217 женщин, средний возраст респондентов 19 лет.

В данной статье анализируются данные следующих блоков ме- тодики, использованные в проекте:

Блок 1. Социальный капитал.

1.1. Уровень межличностного доверия. Данные вопросы за- имствованы из опросника World Values Survey.

1.2. Уровень институционального доверия. Данная мето-

дика также заимствована из опросника World Values Survey.

1.3. Характеристики гражданской идентичности. В иссле-

довании по 5-ти балльной шкале оценивались по две характеристи — ки гражданской идентичности:

1.3.1 «сила» гражданской идентичности;

1.3.2. валентность (степень позитивности) гражданской иден- тичности.

Воспринимаемая толерантность. Данный показатель рас- считывался как среднее арифметическое 4-х вопросов, позволяю-

щих оценить толерантность личности в различных сферах.

Блок 2. Измерения культур.

2.1. Ценности. Для исследования ценностей использовалась методика Ш. Шварца (культурный уровень). Респонденту предлага-

лось с помощью шкалы оценить важность для него каждой из

57 ценностей. Далее в соответствии с ключом подсчитывается балл по каждому из 7 блоков ценностей, выделенных Шварцем: «Мастер — ство», «Гармония», «Интеллектуальная Автономия», «Аффективная Автономия», «Принадлежность», «Иерархия», «Равноправие».

2.2. Социальные аксиомы. В исследовании использовался оп-

росник «Социальные аксиомы» М. Бонда и К. Леунга, апробирован — ный на российской выборке. В исследовании использовался сокра- щенный вариант методики, включающий 27 вопросов. Ответы рес — пондента позволяют оценить степень согласия респондента с соци — альными аксиомами, объединяющимися в следующие блоки: «Ре — лигиозность», «Социальный цинизм», «Контроль судьбы», «Соци — альная сложность», «Награда за усилия».

Результаты и их обсуждение

В табл. 1 можно видеть взаимосвязи социальных аксиом по

М. Бонду и К. Леунгу с показателями социального капитала.

Таблица 1

Корреляции социальных аксиом по М. Бонду и К. Леунгу с показателями социального капитала

Толе-

рант — ность

Институциональ-

ное доверие

Меж-

лично — стное доверие

«Сила»

гражд. ид-ти

«Позитив-

ность»

гражд. ид-ти

Религиоз-

ность

-0,19***

-0,19***

0,13*

0,09

Социальный

цинизм

-0,11*

0,15**

0,16**

-0,10*

-0,17***

Контроль судьбы

-0,14**

0,00

Социальная сложность

0,11*

0,10*

Награда за усилия

-0,15*

-0,16*

* – р<0,05

*** – р<0,01

*** – р<0,001

Данные, приведенные в табл. 1, позволяют отметить, что все социальные аксиомы связаны с показателями социального капита — ла. Рассмотрим связи каждой из социальных аксиом по отдельно — сти.

«Религиозность». Данный блок социальных аксиом отрица-

тельно связан с показателями институционального и межличностно — го доверия и положительно – с показателем «силы» гражданской идентичности. Социальные аксиомы этого блока фиксируют склон — ность к вере в единого Бога (что характерно для монотеистических религий) и веру в позитивную функцию религии [7]. Как видно из таблицы, такая вера обладает для русских эффектом единения – так можно проинтерпретировать положительную связь данного бло — ка социальных аксиом с «силой» гражданской идентичности.

«Социальный цинизм». Напомним, что большинство утвер-

ждений этого блока касаются представлений о неуместности доб — рожелательности и неизбежности провала служения общественной пользе. Этот блок социальных аксиом рассматривает социальную жизнь как «джунгли», для выживания в которых требуется постоян — ная бдительность и скептицизм. Поэтому нет ничего удивительного, что данный блок отрицательно связан с толерантностью. Чем в большей степени в общество поддерживает социальные аксиомы данного блока, тем в меньшей степени будут толерантными его представители. Такой же прозрачной для понимания является связь социального цинизма с характеристиками гражданской идентично — сти («силой» и позитивностью). Ориентация на социальные аксиомы данного блока не способствует формированию гражданской иден — тичности, служению обществу, а наоборот, ориентирует на форми — рование эгоистической позиции в отношениях с обществом.

Однако на этом вполне понятном фоне положительные связи

блока «Социальный цинизм» с институциональным и межличност- ным доверием выглядят весьма неожиданно. Выходит, что чем больше современная молодежь поддерживает верования, входя — щие в данный блок, тем больше она склонна доверять другим лю — дям. Здесь мы сталкиваемся с социальным парадоксом, который свойственен российской молодежи в настоящее время. Без прове — дения дополнительного исследования невозможно сказать – харак — терен ли только этот парадокс для молодежи или он имеет место и у людей более старшего поколения. Как можно объяснить данную связь? Дело в том, что любые социальные аксиомы необходимы для общества, поскольку они существуют в нем. Они могут оцени- ваться нами позитивно или негативно, но, тем не менее, они явля — ются элементом культуры общества и выполняют определенную адаптивную функцию для членов этого общества. Хотя, с оценочной точки зрения, блок социальных аксиом «Социальный цинизм» вы-

глядит негативно, вполне вероятно, что на данном этапе развития общества верования, входящие в данный блок, активизируют соци — альные механизмы, которые могут способствовать развитию дове — рия. То есть связь между «социальным цинизмом» и доверием опо — средована определенными переменными-модераторами. Например, степень распространенности представлений о социальной неспра — ведливости и обреченности добра (что по большому счету оценива — ется утверждениями данного блока) может быть связана с желани — ем преодолеть эти негативные явления в обществе, то есть со стремлением к некоему социальному равновесию. В свою очередь, это стремление связано с открытостью и доверием. Таким образом, вследствие работы столь сложных компенсационных механизмов, направленных на преодоление аномии в обществе, на выходе мы видим простую статистическую связь между социальным цинизмом и доверием.

«Социальная сложность». Выявлена положительная корреля-

ционная связь данного блока социальных аксиом с показателями межличностного и институционального доверия. «Социальная сложность» показывает, насколько глубоко люди судят о вариатив — ности индивидуального поведения и количестве факторов, оказы — вающих влияние на результаты социального поведения, насколько они осознают сложность отношений в социальном мире. Вероятно, что в российской культуре глубокое понимание социальных отноше — ний не препятствует, а способствует доверию окружающим. Чело — век, хорошо понимающий природу социальных отношений, более уверенно чувствует себя при взаимодействии с другими людьми. Он может позволить себе доверие другим людям, так как он хорошо их понимает и не опасается, что они могут причинить ему вред. С дру — гой стороны, люди, не обладающие высокой социальной сложно — стью, как бы «закрываются» от других недоверием, поскольку не чувствуют в себе возможностей глубоко понимать социальные от — ношения и эффективно совладать с различными социальными трудностями. В результате искушенность в социальных отношениях, осознание их сложности положительно коррелируют с уровнем до — верия.

«Награда за усилия». Этот блок социальных аксиом, как и пре- дыдущий, связан только с институциональным и межличностным

доверием, при этом обе связи отрицательны. Аксиомы блока «На-

града за усилия» отражают некий оптимизм относительно того, что все жизненные трудности могут быть преодолены усилиями челове — ка и что рано или поздно любые усилия человека вознаграждаются. Почему данный комплекс верований отрицательно связан у совре — менной российской молодежи с уровнем доверия? Согласно М. Бонду и К. Леунгу [7] этот комплекс верований перекликается та-

кими конструктами, как интернальность (Роттер) и самоэффектив-

ность. Можно образно сказать, что люди, считающие, что индивиду — альные усилия рано или поздно будут вознаграждены, ориентиро — ваны на достижения. А ориентация на достижения всегда в опреде — ленной мере есть противопоставление себя, собственной самоэф — фективности окружающему социуму. Такое противопоставление и может способствовать развитию недоверия.

В табл. 2 приводятся корреляционные связи блоков ценностей культурного уровня Ш. Шварца с различными компонентами соци — ального капитала.

Таблица 2

Корреляции блоков ценностей по Ш. Шварцу (культурный уровень)

с показателями социального капитала

Толе — рант-

ность

Институцио — нальное дове-

рие

Межлично — стное дове-

рие

«Сила»

гражд. ид-ти

«Позитив — ность»

гражд. ид-ти

Иерархия

-0,22***

-0,22***

0,10*

Мастерство

-0,15*

-0,14*

Аффективная

автономия

-0,15*

-0,14*

Интеллектуаль-

ная автономия

Равноправие

-0,18***

-0,17***

0,15**

0,11*

Гармония

-0,05

0,13*

Принадлеж — ность

-0,31***

-0,30***

0,25***

0,14*

* – р<0,05

*** – р<0,01

*** – р<0,001

Прежде всего, обращает на себя внимание то, блок ценностей

«Интеллектуальная автономия» не связан ни с одним из показате- лей социального капитала. Среди компонентов социального капита — ла толерантность не имеет ни одной статистически значимой свя — зи с ценностями культурного уровня. В числе других компонентов социального капитала наибольшее количество связей с ценностной структурой имеет доверие, причем и межличностное, и институцио-

нальное. Как видно из табл. 2, все связи, обнаруженные между цен — ностями культурного уровня по Ш. Шварцу и доверием, отрицатель — ны. Показатели межличностного и институционального доверия российской молодежи отрицательно связаны с ценностями блоков

«Иерархия», «Мастерство», «Аффективная Автономия», «Равно- правие», «Принадлежность». Это несколько удивительно, но мы имеем возможность видеть, что на культурном уровне ни один блок универсальных культурных ценностей у российской молодежи не

коррелирует с доверием, а значит, вероятнее всего, и не способст — вует его формированию.

Таким образом, если пользоваться культурно-универсальным подходом к изучению ценностей, разработанным Ш. Шварцем, то выходит, что на настоящий момент ни один блок универсальных культурных ценностей не может являться основой доверия у рос — сиян. Отчасти этот факт отвечает на вопрос, почему доверие в рос — сийском обществе низко и практически не повышается.

Все ценности, которые были связаны с уровнем доверия (табл. 3) можно условно разделить на две категории: «продуктив — ные» («Мастерство», «Аффективная Автономия» «Равноправие») и

«непродуктивные» («Иерархия», «Принадлежность») для экономи-

ческого развития. Поэтому, если со временем в ценностно- мотивационной структуре русских будет снижаться удельный вес «непродуктивных» ценностей, то уровень доверия будет расти. Однако пока снижения «Иерархии» и «Групповой принад — лежности» не наблюдается, средние значения по этим блокам цен — ностей на настоящий момент у россиян довольно высоки (Лебедева, Татарко, 2005), но если они снизятся, то, вероятно, это будет спо — собствовать росту доверия.

С «продуктивными» ценностями ситуация выглядит более

сложно. Ценности «Автономии» и «Мастерства» необходимы для экономического развития и их значения в настоящее время растут у россиян. По всей видимости, в период активного экономического роста эти ценности способствуют стремлению к конкуренции и раз — витию т. н. «волчьей хватки», что необходимо, с одной стороны, для экономического роста, а с другой – препятствует росту доверия, ко — торое также необходимо для экономического роста. Этот феномен можно охарактеризовать как «институциональную ловушку» или противоречие между ценностями, необходимыми для экономиче — ского развития и доверием, которое тоже для него необходимо. В данном случае можно рассчитывать на то, что, когда после бурного экономического роста значимость этих ценностей ослабнет, мы сможем наблюдать повышение уровня доверия, которое уже даль — ше само будет способствовать экономическому процветанию.

Другой показатель социального капитала поликультурного обще-

ства – измерения гражданской идентичности («сила» и «позитив — ность») имеет положительные связи со следующими блоками ценно — стей: «Иерархия», «Принадлежность», «Равноправие», «Гармония».

Мы видим, что те блоки ценностей, которые были отрицательно

связаны с доверием, с идентичностью связаны положительно. Это говорит о том, что показатели доверия и гражданской идентичности связаны между собой отрицательно. Корреляционный анализ (вы — числение коэффициента Спирмана) подтвердил это предположе-

ние – оба измерения доверия оказались отрицательно связанными с обоими измерениями идентичности. Эта отрицательная связь ока- залась довольно неожиданной, поскольку по результатам опроса, проведенного в 2007 г. также на молодежной выборке, эти измере — ния социального капитала были связаны положительно. Таким об — разом, направление связи доверия и гражданской идентичности не — стабильно, устойчив только сам факт связи. Как объяснить данный феномен? Отрицательную связь между уровнем доверия и граж — данской идентичностью можно объяснить, прибегнув к понятию

«кризис доверия». Согласно многим исследованиям, (например, ре-

зультатам мониторингов, проводимых с помощью Мирового опрос- ника ценностей1), уровень доверия россиян довольно низок. Соот — ветственно, низкий уровень межличностного и институционального доверия сочетается с позитивными представлениями о себе как о гражданине своей Родины и выраженностью этой гражданской при — надлежности. Такое сочетание возможно, когда в сознании людей существует растождествление представлений о России как о госу-

дарстве вообще со своей уникальной историей и культурой с одной стороны, и с другой – конкретных социальных институтах и гражда — нах, представляющих это государство в настоящий момент. То есть образно такое мнение можно выразить так: «Я – гражданин большой и великой страны с уникальной культурой и историей, и я горжусь этим, но положение дел в настоящее время в этой стране меня не устраивает – я не доверяю ее институтам и окружающим меня лю — дям». По сути, в отрицательной связи институционального доверия и силы гражданской идентичности отражается амбивалентность русского характера: «Я вам не доверяю, но хочу быть одним из вас». Рискну сказать, что так могут проявляться механизмы сохранения этноса в кризисные моменты его истории. Несмотря на неэффек — тивность государства и постоянный обман, как со стороны социаль — ных институтов, так и со стороны государства, большая часть людей не теряет веры в свою страну как абстрактное государство и хочет в нем жить и надеяться на улучшение жизни. Таким образом, именно состояние гражданской идентичности, а не доверие есть основа социального капитала россиян в настоящий момент. Поэтому с позитивностью и силой гражданской идентичности, согласно нашим исследованиям (Лебедева, Татарко, 2007), связаны большинство продуктивных социально-экономических установок россиян.

1 Базы мониторингов доверия в России с 1990 по 1999 г., выложенные сайте Мирового опросника ценностей: URL: http://margaux. grandvinum. se/SebTest/wvs/index_data_analysis

ВЫВОДЫ

1. Исследование показало, что культурные измерения (в дан- ном случае ценности и социальные аксиомы) связаны с различными компонентами социального капитала общества.

2. Наибольшее количество взаимосвязей с культурными изме-

рениями (ценностями и социальными аксиомами) имеет доверие, как межличностное, так и институциональное. Характеристики граж — данской идентичности (сила и позитивность) имеют меньшее коли — чество связей с культурными параметрами. А общая толерантность граждан, выступающая в нашем исследовании в качестве компонен — та социального капитала, очень слабо связана с культурными изме — рениями.

3. Доверие молодых россиян (межличностное и институцио — нальное) отрицательно связано с показателями гражданской иден — тичности (силой и позитивностью), хотя раньше данная связь была положительной. В результате мы сталкиваемся с социально — культурным парадоксом – те ценности, которые позитивно связаны с доверием, имеют отрицательную связь с гражданской идентично — стью и наоборот.

4. Исследование показало, что с доверием положительно свя- заны такие социальные аксиомы, как «Социальный цинизм» и «Со — циальная сложность». Среди культурных ценностей (по Ш. Шварцу) с доверием положительно не связан ни один блок ценностей.

5. С характеристиками гражданской идентичности положитель- но связан блок социальных аксиом «Религиозность». Среди куль-

турных ценностей, по Ш. Шварцу, положительные связи с характе — ристиками гражданской идентичности имеют такие блоки, как «Ие- рархия», «Равноправие», «Гармония», «Принадлежность».

Материал взят из: Вестник Ленинградского государственного университета имени А. С. Пушкина № 1 Т.5. Психология