СОЦИАЛЬНОЕ ЗЕРКАЛО

Если наше представление о самих себе формируется только социальным зеркалом – бытующей на данный момент социальной парадигмой, а также мнениями, установками и парадигмами окружающих нас людей, то такое представление подобно отражению в кривом зеркале комнаты смеха.

— Ты всегда опаздываешь!

— Почему у тебя вечно все в беспорядке

— Тебе бы в цирке выступать!

— Ты ешь, как лошадь!

— Но это же элементарно! Как ты не понимаешь?

Эти оценки отрывочны и непропорционально раздуты.

Часто они в большей мере являются проекцией проблем и недостатков людей, дающих эти оценки, чем нашим реальным отражением.

Подобные проявления современной социальной парадигмы показывают, что мы в огромной степени детерминированы различными программами и условиями. Когда мы, признав огромную власть условий в нашей жизни, говорим, что они детерминируют нас, что мы не можем сопротивляться их влиянию, мы создаем искаженную карту.

Фактически, существует три вида социальных карт – три теории детерминизма, которые широко применяются – порознь или в комбинации – для объяснения человеческой природы. Генетический детерминизм утверждает, что в вас все заложено вашими предками. Именно поэтому у вас такой темперамент. У ваших дедушки с бабушкой был крутой характер, и он заложен в вашей ДНК. Он переходит из поколения в поколение, вот вы его и унаследовали. Вдобавок ко всему вы – ирландец, а ирландцам это свойственно.

Психический детерминизм утверждает, что вас таким сделали ваши родители. Свойства вашей личности и характера были заложены в вас еще с младенческих и детских лет. Именно поэтому вы боитесь выступать перед аудиторией. Так воспитали вас ваши родители. Каждый раз совершая ошибку, вы испытываете ужасное чувство вины, потому что в глубине вашей эмоциональной памяти отпечаталось время, когда вы были маленьким, беззащитным и зависимым. Разве можно забыть, как вас подвергали эмоциональному наказанию, отвергали, сравнивали с кемлибо, если вы чтото делали не так хорошо, как от вас ожидали.

Детерминизм окружающей среды утверждает, что во всем виноват ваш начальник или ваша жена, или ваш непутевый отпрыск, или сложившаяся финансовая ситуация, или поли тика государства. Ктото или чтото в окружающей вас среде повинно в вашем нынешнем положении.

 

Каждая из этих карт основывается на теории "раздражительреакция", которая чаще всего ассоциируется с экспериментами Павлова на собаках. Основная идея состоит в том, что на определенный раздражитель мы запрограммированы реагировать определенным образом.

Реактивная модель

Насколько точно и функционально эти детерминистские карты описывают саму территорию? Насколько четко эти зеркала отражают истинную природу человека? Не становятся ли они самореализующимися прогнозами? Основаны ли они на принципах, которые мы утверждаем внутри самих себя?

МЕЖДУ РАЗДРАЖИТЕЛЕМ И РЕАКЦИЕЙ

Чтобы ответить на эти вопросы, позвольте мне познакомить вас с поучительной историей Виктора Франкла.

Франкл был детерминистом, воспитанным в традициях психологии Фрейда, которая утверждает, что все, происходившее с вами в детстве, формирует ваш характер и личность и определяет всю вашу жизнь. Ограничения и параметры вашей жизни установлены, и вы почти ничего не можете изменить.

Кроме того, Франкл был психиатром и евреем по национальности. Его заключили в нацистский лагерь смерти, где ему довелось испытать тяжелейшие мучения и стать свидетелем явлений, столь несовместимых с нашим представлением о человечности, что без содрогания невозможно их описать.

Его родители, брат и жена погибли в газовых камерах. Из всей семьи уцелела лишь одна сестра. Сам Франкл пережил пытки и бесчисленные унижения; он никогда не знал, что случится с ним в следующий момент: отправят ли его прямиком в печь или же он останется среди "уцелевших" и будет убирать трупы или выгребать пепел несчастных.

Однажды, сидя нагишом в одиночной камере, он открыл для себя то, что позже назвал "последней человеческой свободой", той свободой, которую никто из его мучителей нацистов отнять у него не мог. Они могли иметь власть над всем, что его окружало, могли причинить какую угодно боль его телу, однако сам Виктор Франкл являлся существом, обладавшим самосознанием, и мог смотреть отстранен но на все, что с ним происходило. Его внутренняя сущность оставалась неуязвима. Он сам мог решать, какое влияние на него окажет то, что его окружает. Между тем, что воздействовало на него (или раздражителем), и его реакцией на происходящее была свобода выбора этой реакции.

В воображении Франкл стал представлять себя в различных ситуациях, например, как он читает лекции студентам после своего освобождения из концлагеря. Он мог в мыслях перенестись в аудиторию и, как бы со стороны, увидеть себя, рассказывающего студентам об уроках лагерной жизни.

Посредством многократного повторения этих упражнений – интеллектуальных,

эмоциональных и нравственных – с привлечением памяти и фантазии Франкл взращивал в

себе свою маленькую, едва зародившуюся свободу, пока та не выросла и не сделала его более свободным, чем охранявшие его тюремщики. У них была большая внешняя свобода – большая свобода действий, большие возможности выбора, & он располагал большей внутренней свободой – внутренней силой для реализации своих возможностей. Франкл сделался вдохновляющим примером для всех, кто окружал его, даже для некоторых охранников. Он помогал людям находить смысл жизни и сохранять достоинство, несмотря на страдания и трудности существования в неволе.

Находясь в невыразимо тяжелых онально эти детерминистские карты описывают саму территорию? Насколько четко эти зеркала отражают истинную природу человека? Не становятся ли они самореализующимися прогнозами? Основаны ли они на принципах, которые мы утверждаем внутри самих себя?

МЕЖДУ РАЗДРАЖИТЕЛЕМ И РЕАКЦИЕЙ

Чтобы ответить на эти вопросы, позвольте мне познакомить вас с поучительной историей Виктора Франкла.

Франкл был детерминистом, воспитанным в традициях психологии Фрейда, которая утверждает, что все, происходившее с вами в детстве, формирует ваш характер и личность и определяет всю вашу жизнь. Ограничения и параметры вашей жизни установлены, и вы почти ничего не можете изменить.

Кроме того, Франкл был психиатром и евреем по национальности. Его заключили в нацистский лагерь смерти, где ему довелось испытать тяжелейшие мучения и стать свидетелем явлений, столь несовместимых с нашим представлением о человечности, что без содрогания невозможно их описать.

Его родители, брат и жена погибли в газовых камерах. Из всей семьи уцелела лишь одна сестра. Сам Франкл пережил пытки и бесчисленные унижения; он никогда не знал, что случится с ним в следующий момент: отправят ли его прямиком в печь или же он останется среди "уцелевших" и будет убирать трупы или выгребать пепел несчастных.

Однажды, сидя нагишом в одиночной камере, он открыл для себя то, что позже назвал "последней человеческой свободой", той свободой, которую никто из его мучителей нацистов отнять у него не мог. Они могли иметь власть над всем, что его окружало, могли причинить какую угодно боль его телу, однако сам Виктор Франкл являлся существом, обладавшим самосознанием, и мог смотреть отстранен но на все, что с ним происходило. Его внутренняя сущность оставалась неуязвима. Он сам мог решать, какое влияние на него окажет то, что его окружает. Между тем, что воздействовало на него (или раздражителем), и его реакцией на происходящее была свобода выбора этой реакции.

В воображении Франкл стал представлять себя в различных ситуациях, например, как он читает лекции студентам после своего освобождения из концлагеря. Он мог в мыслях перенестись в аудиторию и, как бы со стороны, увидеть себя, рассказывающего студентам об уроках лагерной жизни.

Посредством многократного повторения этих упражнений – интеллектуальных,

эмоциональных и нравственных – с привлечением памяти и фантазии Франкл взращивал в

себе свою маленькую, едва зародившуюся свободу, пока та не выросла и не сделала его более свободным, чем охранявшие его тюремщики. У них была большая внешняя свобода – большая свобода действий, большие возможности выбора, & он располагал большей внутренней свободой – внутренней силой для реализации своих возможностей. Франкл сделался вдохновляющим примером для всех, кто окружал его, даже для некоторых охранников. Он помогал людям находить смысл жизни и сохранять достоинство, несмотря на страдания и трудности существования в неволе.

Находясь в невыразимо тяжелых обстоятельствах, Франкл воспользовался человеческим даром самосознания и открыл фундаментальный принцип человеческой природы: между раздражителем и реакцией человек имеет свободу выбора.

Свобода выбора содержит внутри себя те уникальные качества, которые делают нас людьми. Помимо самосознания мы обладаем воображением – способностью создавать что либо в уме независимо от окружающей действительности. Мы обладаем совестью – глубоким внутренним осознанием того, что правильно, а что нет, принципами поведения и ощущением того, насколько наши мысли и поступки им соответствуют. И, кроме того, мы располагаем независимой волей – способностью действовать, опираясь на самосознание, независимо от всякого влияния извне.

Даже самые умные животные лишены подобных ценных качеств. Используя компьютерную метафору, можно сказать, что они запрограммированы своими инстинктами и/или дрессировкой. Их можно обучить быть ответственными, но они не могут принять на себя ответственность за это обучение. Иными словами, они не могут направлять его. Они не способны изменить программу. Они даже не осознают того, что их обучают.

Но именно в силу этих наших ценных человеческих качеств мы способны создавать для себя программы совершенно независимо от собственных инстинктов и обучения. Вот почему способности животного относительно ограничены, а способности человека безграничны. Однако, если мы будем жить, как животные, исходя из своих инстинктов, программ, условий и общепринятого опыта, мы также будем ограничены.

Парадигма детерминизма явилась результатом изучения поведения животных – крыс, обезьян, голубей, собак, – а также людей с отклонениями в нервной или психической системе. Хотя эта парадигма и может вызывать определенный интерес у некоторых исследователей в силу своей определенности и предсказуемости, вся история человечества и наше самосознание подсказывает нам, что подобная карта совершенно не соответствует описываемой ей территории.

Наши уникальные человеческие способности возвышают нас над миром животных. От степени развития этих способностей зависит возможность реализации нашего уникального человеческого потенциала. Между раздражителем и реакцией находится наша величайшая сила – свобода

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОАКТИВНОСТИ

so-fareast-font-family: «Times New Roman»;mso-ansi-language:UK;mso-fareast-language:UK;mso-bidi-language: AR-SA’>

На проактивных людей тоже воздействуют внешние факторы физические, социальные или психологические. Но их реакция на этот раздражитель – сознательная или нет – является выбором, основанным на ценностях.

Как сказала Элеонора Рузвельт12: "Никто не может причинить вам боль без вашего на то согласия". Или, говоря словами Ганди13: "У нас невозможно отобрать самоуважение, если мы сами его не отдадим . Именно наша готовность уступить, наше согласие с тем, что с нами происходит, наносит нам гораздо больший вред, чем само происходящее.

Я понимаю, что принять эту мысль очень трудно эмоционально, особенно после того, как долгие годы мы оправдывали свои несчастья обстоятельствами или поступками других людей. Однако до тех пор, пока человек не сможет открыто и честно сказать: "Сегодня я такой, какой есть, изза выбора, сделанного мной вчера", этот человек не сможет провозгласить: "Я делаю другой выбор".

Однажды в Сакраменто, когда я читал лекцию на тему проактивности, посреди моего выступления какаято женщина встала с места и начала чтото эмоционально говорить. Аудитория была большая, и когда многие слушатели обернулись в ее сторону, женщина, опомнившись, страшно смутилась и снова опустилась на свое место. Но, видимо, ей трудно было сдержать себя, и она начала объяснять чтото людям вокруг. Вид у нее был возбужденносчастливый.

Я не мог дождаться перерыва, чтобы разузнать, в чем же дело. И когда он наступил, я сразу подошел к этой женщине и спросил, не поделится ли она со мной тем, что ее так взволновало.

– Вы представить себе не можете, что со мной произошло! – воскликнула она. – Я работаю сиделкой у самого брюзгливого и самого неблагодарного человека, какого вы только можете себе вообразить. Что бы я ни делала, все ему не так! Хоть бы раз он меня похвалил; я для него вообще ничто! Он без конца пилит меня и во всем, что я делаю, находит изъяны. Этот человек мою жизнь превратил в кошмар, и часто я срываю гнев на своих домашних. Другие сиделки чувствуют то же самое. Мы прямотаки молимся о том, чтобы от него избавиться.

И тут появляетесь вы и бессовестно заявляете, что мол, ничто и никто не может причинить мне зла без моего на то согласия и что, дескать, я сама выбрала себе такую несчастную жизнь, – в общем, я никак не могла с этим согласиться.

Но я продолжала думать об этом. Я задала себе вопрос: "Есть ли у меня сила, чтобы выбрать свою реакцию?" И когда я наконец осознала, что есть у меня такая сила, когда я, проглотив эту горькую пилюлю, осознала, что сама для себя выбрала такую несчастную жизнь, я одновременно осознала, что могу сделать выбор не быть несчастной! В этот момент я и вскочила с места. Я чувствовала себя так, словно меня выпустили из тюрьмы "Сан Квентин". И мне захотелось всему миру прокричать: "Я – свободна! Я вырвалась из заточения! Никогда больше не позволю, чтобы отношение ко мне других людей управляло моей жизнью".

Боль нам доставляет не то, что происходит, а наше отношение к тому, что происходит. Разумеется, какието события могут доставлять нам физические или экономические неприятности. Но наш характер, наша внутренняя сущность ни в коей мере не должны страдать от этого. Собственно говоря, наши самые тяжелые испытания становятся тем горнилом, где выковывается наш характер и развиваются внутренние силы – свобода,

12 Рузвельт, Анна Элеонора (18841962), дипломат, журналистка, ученый, жена президента

Франклина Делано Рузвельта. (Прим. перев.)

13 Ганди, Мохандас Карамчанд (Махатма Ганди), 18691948, один из лидеров и идеолог индийского национальноосвободительного движения. (Прим. перев.)

необходимая, чтобы справляться с будущими тяжелыми обстоятельствами и воодушевлять на это других людей

Франкл был одним из многих людей, оказавшихся способными в труднейших обстоятельствах развить в себе внутреннюю свободу и оказать благотворное, вдохновляю щее воздействие на окружающих. Рассказы американских солдат, попавших в плен во Вьетнаме, убедительно свидетельствуют о преображающей силе такой внутренней свободы и о том воздействии, которое оказывает ее ответственное использование на тюремные порядки и на других узников.

Каждому из нас известны люди, которые, оказавшись в весьма тяжелых обстоятельствах, страдая затяжной болезнью или получив тяжелое физическое увечье, сохраняют при этом удивительную жизненную силу. Как вдохновляет нас их пример! Ничто не производит на человека более сильного и неизгладимого впечатления, чем осознание того, что другой преодолел свои страдания, победил обстоятельства и явился воплощением и выражением тех ценностей, которые вдохновляют, облагораживают и возвышают жизнь.

Одним из самых знаменательных периодов нашей с Сандрой совместной жизни мы считаем те четыре года, которые провели рядом с нашей доброй приятельницей Кэрол, которая была неизлечимо больна раком. Она была одной из подружек Сандры на нашей свадьбе и самой близкой ее подругой в течение двадцати пяти лет.

Когда болезнь вступила в завершающую стадию, Сандра подолгу просиживала возле постели Кэрол, помогая ей писать историю ее жизни. Возвращаясь домой после этих длительных и нелегких занятий, Сандра была преисполнена уважением к мужеству своей подруги и восхищена ее желанием написать своим детям послания, которые нужно будет вручить им в определенные периоды их жизни. Кэрол старалась принимать как можно меньше болеутоляющих средств, чтобы полностью управлять своим сознанием и душевным состоянием. Она нашептывала свои мысли на диктофон или непосредственно записывавшей за ней Сандре. Кэрол была настолько проактивна, настолько мужественна, настолько заботилась о других, что стала источником душевного вдохновения для многих, кто был рядом с ней.

Никогда не забуду свое состояние, когда я, заглянув в глаза Кэрол за день до ее смерти, ощутил в них необыкновенную внутреннюю силу, неподвластную тяжелой болезни. В ее глазах отражался живой характер, желание делать добро и служить, и еще в них отражались любовь, забота и благодарность.

Много раз на протяжении многих лет я спрашивал у своих слушателей, кому из них доводилось находиться рядом с умирающим человеком, который до самого последнего мгновения проявлял удивительную силу духа, излучал любовь и сострадание и стремился быть полезным для других. Как правило, около четверти слушателей отвечали утвердительно. Затем я спрашивал, кто из них никогда не забудет этих людей, кто изменился, – хотя бы на время, вдохновленный таким мужеством, кого это поразило до глубины души и подвигло на собственные проявления служения и сострадания. Практически всегда все те же отвечали утвердительно.

По мнению Виктора Франкла в жизни существует три основных вида ценностей: опытные – открытые нами опытным путем; творческие – те, что мы сами привносим в жизнь; и отношенческие – характеризующие нашу реакцию в трудных обстоятельствах, например, таких как продолжительные болезни.

Мой собственный опыт общения с людьми подтверждает мысль Франкла о том, что наивысшими из трех являются ценности отношенческие. Иными словами, наивысшее зна чение имеет то, как мы реагируем на переживаемое нами в жизни.

Тяжелые ситуации часто вызывают сдвиги парадигмы, изменяют взгляд людей на мир,

на самих себя и других в этом мире, а также на то, чего от них требует жизнь. В их расширенном восприятии заложены такие отношенческие ценности, которые возвышают и вдохновляют всех нас.

Материал взят из: Семь навыков высокоэффективных людей возврат к этике характера — Стивен Р. Кови