Публицистика к вопросу об исторической уникальности

Жиренко Е.

С 30 сентября по 4 октября в Ереване прошла 4—ая Международная Кавказская научно-практическая конференция по теме «Безопасность на Южном Кавказе — в интересах народов региона».

На пленарном заседании конференции свои доклады представили: Николай Злобин (директор российских и азиатских программ Института безопасности США; «Кавказ в новом миропорядке»), Максим Шевченко (журналист, телеведущий, член Комиссии Общественной палаты РФ по межнациональным отношениям и свободе совести; «Мировые процессы на Южном Кавказе: развитие, перспектива»), Оксана Антоненко (директор программ по России и Евразии Международного института стратегическух исследований (Великобритания); «Интересы ЕС на Южном Кавказе») и ряд других специалистов.

По итогам конференции состоялся круглый стол с участием как армянских и российских исследователей, так и специалистов из ближнего и дальнего зарубежья.

Озвученные концептуальные идеи, естественно, во многом отражали позицию государства, представителем которого являлся тот или иной автор.

Для Армении тема региональной безопасности особенно важна. Актуальность ей придают сезодняшние политические процессы…Будет ли открыта армяно-турецкая граница и на каких условиях? Как разрешится Арцахский вопрос? — вот те основные темы, которые волнуют не только армянскую сторону, но и должны волновать представителей других стран, заинтересованных в обеспечении безопасности в Закавказье.

Со своей стороны, хочу обратить внимание на ряд принципиальных моментов. В первую очередь, само понятие «безопасность на Южном Кавказе».

В процессе обзуждений не раз упоминалось о мнозогранности безопасности как таковой (об информационной, экономической и пр.). Но мало уделяется внимания непосредственно безопасности Армении, безопасности Грузии и т.д.

А ведь регион Закавказья — далеко не однороден. Государства этого региона не интегрированы ни в экономическом, ни в информационном, ни в каком другом плане.

Более того, наличие в США, России и других странах центров по Южному Кавказу (а, скажем, не отдельно по Армении или Грузии) и специа112 листов в этой области ставит под сомнение саму результативность такого рода

исследований. Недифференцированный подход в данном вопросе не принесет, на мой взгляд, пользы.

Конечно, безопасность в Закавказье (нарочно употребляю именно это географическое название) — в интересах народов региона. Но интересы эти подчас взаимоисключающие…

На конференции меня поразило высказанное мнение, когорое в нескольких словах можно сформулировать как «отказ от истории».

Поясним. Не раз указывалось на то, что необходимо думать о будущем, «ломать стереотипы вчерашнего дня».

В сложившейся на сегодняшний день ситуации в Армении, стоящей перед серьезным выбором формата отношений со своими, мягко говоря, недружественными региональными соседями, данное мнение выглядит как своего рода призыв, о котором, однако, громко не заявляют.

Крайне непонятен для меня отказ от прошлого, тем более в пользу неясного будущего.

Да, авторами «поощряются» знания своей истории, углубление этих знаний.

Но, как мне кажется, знание без его практического применения превращается со временем в пустой звук.

В этой свяги надо бы вспомнить сегодняшнюю политику некоторых государственных деятелей, направленную на «передел» истории Второй Мировой войны и т.д. (Не было бы мощной силы против такой политики — переписали бы всю историю, со всеми подвигами и героями).

Если МЫ не станем «полноправными носителями» нашей истории, то кто это сделает за нас?

Призыв «забыть прошлое ради будущего» приравнивается мною к самоубийству в этом будущем.

Армения никогда не должна отказываться от политики признания Геноцида армян 1915 года. Недавняя история Сумгаитсих, Кировабадских и Бакинских событий, — иначе как геноцидом их не назовешь, — напоминает об этом.

Что значит отказ от исторических территорий Западной Армении? На этих территориях до сих пор сохраняются свидетельства принадлежности их к Армении.

Огромные богатства армянского культурного наследия (уничтожаемые Азербайджаном) можно пока еще найти и в Нахиджеване.

Тем более не может и не должен вставать вопрос об Арцахе — исконной армянской земле, населенной армянами. Все это неотъемлемая часть Армянского духа. И без этих частей целостность Армении прочувствовать очень сложно.

Обращаясь к правовому аспекту, стоит отметить следующее: в 1991 году Республика Армения вышла из СССР без Нахичевана и Нагорного Карабаха, так как они не были частью государства, правопреемницей которого она стала. РА в 1991 году не имела юридического права провозглашать свою независимость в границах АзССР вследствие отказа от ее правопреемства.

НКР в 1991 году вышла на политическую арену как наследница практически непрерывно существовавших здесь независимых или полузависимых армянских государственных образований — Хаченского княжества, Карабахских меликств, Карабахского ханства, Нагорно-Карабахской автономной области.

Народ Нагорного Карабаха в 1991 году провозгласил свою независимость не актом первичного самоопределения, а в результате повышения национально— 113

государственного статуса ИКАО. Нагорный Карабах никогда не был частью независимого государства «Азербайджан» или географической территории с тем же названием.

Конечно, необходимо думать о будущем. Но это будущее не должно идти вразрез с фактами нашей историй, нашей культуры, нашей религии.

100 лет — это не так много. Не так много для того, чтобы величайшая человеческая трагедия XX века (речь идет о Геноциде армян 1915г.) была забыта. Ее надо не только помнить, ее нужно «популяризировать» (в осудительном смысле). И не отвечает ли это принципам гуманизма, яростно защищаемым современными демократами?

Еще одно мнение, высказанное за круглым столом, вызвало во мне противоречивые мысли. Это вопрос уникальности того или иного народа, той или иной нации, причем с позиции установления определенного равенства. Дескать, пока считаем себя великими и уникальными, особенными, не сможем идти вперед. При этом «идти вперед» в современном смысле слова означает исключительно экономическое благополучие.

Армения — уникальное государство, а армянский народ — один из древнейших (и первым принявший христианство в качестве государственной религии).

Думаю, что поставив во главу угла именно этот фактор, можно достигнуть успеха. (А по некоторым показателям наши не очень уж и плохи. Так, например, согласно отчету ООН, по уровню человеческого развития Армения, хоть и занимает 84-ое место в мире, опережает и Азербайджан, и Грузию!).

Считаю, что «лозунги» отказа от истории, отказа от уникальности и т.п.

неудачные попытки скрыть собственную «неуникальность», «небогатую» или «невеликую» историю.

Армения — не наспех состряпанный продукт политики советского времени, а армянский народ — не вынужденный синтез выходцев из европейских колоний.

На прозвучавшую же на конференции фрагу о том, что «у земли нет национальности, нет религии… — все это в головах людей», хочется ответить следующее:

У земли, пропитанной кровью армянского народа,

У земли, в которой нашло свой вечный покой под крестами не одно поколение армян, У Святой Земли Армении есть и национальность и религия!

И кладбища как безмолвный тому свидетель…

Манасян А.С. Карабахский конфликт.Политико-правовые факты и аргументы. Ер., 2009.

Там же.

См. обнародованный 5 октября Доклад о развитии человека за 2009 г., составляемый Программой развития ООН (ПР ООН).

Материал взят из книги «Вестник» (Аветисян С. С.)