ПАМЯТНИКИ ЕЛШАНСКОЙ КУЛЬТУРЫ НА ВЕРХНЕМ ДОНУ

В 1977 году на территории Самарского Поволжья И. Б. Васи- льевым выделяется керамика елшанского типа как древнейшая и предшествующая всей остальной керамике (Васильев, Пенин, 1977. С. 18). До сегодняшнего дня в этом и соседних регионах выделяет — ся десятки памятников, которые связываются с елшанскими. При этом статус этих стоянок определяется по-разному. Н. Л. Моргунова видит эти материалы в рамках первого этапа волго-уральской куль — туры (Моргунова, 1984. С. 6-9). А. А. Ластовский отрицает культур — ный статус этих коллекций. Он считаем возможным говорить о ке — рамике елшанского типа в неолитических комплексах (Ластовский,

2006. С. 112). А. Е. Мамонов выделяет самостоятельную елшанскую культуру (Мамонов, 1999. С. 42; 2000. С. 147-176; 2006. С. 269-276). При этом большинство исследователей таких как В. И. Тимофеев, Г. И. Зайцева, А. А. Выборнов, П. М. Долуханов, В. В. Ставицкий, А. В. Вискалин, Н. С. Котова, Е. Л. Костылёва. Д. В. Сурков поддержива — ют последнюю точку зрения (Мамонов, 2006. С. 269). Керамичес — кий и кремнёвый комплекс достаточно подробно описан многими исследователями (Мамонов, 1999; 2000. С. 147-176; 2006. С. 269-276; Кузьмина, Ластовский, 1995. С. 25-50; Колев, Ластовский, Мамонов,

1995. С. 50-110).

На Верхнем Дону всего выявлено три памятника елшанской культуры. Поселение Устье р. Излегоща в левобережье р. Воронеж в Усманском районе Липецкой области обнаружено в 1991 г. (Би — рюков, 1991). В 1995 году оно раскапывается И. А. Козмирчуком9.’

С памятника происходят обломки керамики от четырёх сосу- дов. Керамика коричневого цвета, с примесью песка. Некоторые фрагменты сильно запесочены. Стенки горшков хорошо заглаже — ны снаружи и изнутри. Обжиг ровный. Толщина стенок 7-10 мм. Посуда орнаментирована горизонтальными рядами крупного тре — угольного накола. В одном случае (рис. 1,1) эти наколы составля — лись в треугольную композицию. Все венчики профилированные. Края у трёх приострены (рис. 1, 1, 2, 5), у одного он округлый (рис.

1, 3). У всех четырёх сосудов изнутри на венчике видно небольшое ребро (рис. 1, 1-3, 5). Наиболее близкое сходство этому керамичес- кому комплексу мы находим на стоянке Чекалино IV10 (находит- 9 Отчёт до сего дня не изготовлен. Материалы хранятся в ЛОКМ.

10 Личные наблюдения с А. А. Выборновым.

89

ся на р. Сок в Сергиевском районе Самарской области), где также присутствует орнаментированная треугольным наколом профили — рованная керамика.

Второй исследованной стоянкой, на которой обнаружена кера- мика елшанской культуры является Ярлуковская Протока на р. Ма — тыра Грязинского района Липецкой области (Левенок, 1962; 1963;

1964; 1965). На памятнике получены многочисленные неолитичес — кие материалы среднедонской, рязанско-долговской, рыбноозёр — ской культуры. Автор работ разделил стоянку на семь условных горизонтов (по 20 см). Из седьмого и шестого горизонтов происхо — дит три венчика от профилированных горшков коричневого цвета (рис.1, 6; 2, 5, 14), девять прямостенных (рис. 2, 1, 2, 6-9, 11), один открытый (рис. 2, 4) и один закрытый (рис. 2, 3) сосуды. У одного сосуда срез уплощён (рис. 2, 8), у двух он приострён (рис. 2, 1, 9), остальные горшки с округлым краем. Встречено два днища. Одно из них неорнаменированное приострённое (рис. 2, 13), одно плос — кое, украшенное маленькими овальными наколами (рис. 2, 12). Также с этого слоя происходит фрагмент керамического либо ло — щила, либо скребка (рис. 2, 10). Вся посуда, за исключением днища не имела орнамента, за исключением одного (рис. 2, 1,2, 4, 6-9), либо двух рядов конических ямок (рис. 2, 3, 5). Закрытый по форме горшок по срезу орнаментировался овальными насечами (рис. 2,

3). Вся керамика хорошо заглажена, снаружи вплоть до лощения, в тесте имеет примесь песка и мелких красных комочков (примеси возможно естественные). Толщина стенок 7-9 мм. Сосуды вероят — но ленились в технике лоскутного налепа, так как большинство фрагментов подпрямоугольной формы, иногда с чёткими углами, нет характерных для ленточного способа лепки утоньшений на краях черепков — следов стыковок лент. На наш взгляд эта выборка горшков с поселения Ярлуковская Протока полностью аналогична керамическому комплексу елшанской кульуры. Здесь есть профи — лированные горшки, сходна орнаментация, либо её отсутствие, скорее всего, аналогична технология изготовления и сырьё. Мате — риалы среднедонской культуры залегают в слое стоянки от седь — мого и до третьего слоя, тогда как елшанская керамика находится в седьмом и шестом слоях.

Типологически очень близки этой посуде обломки от восьми горшков из сборов со стоянки Липецкое Озеро (Синюк, Клоков,

2000). Она также хорошо заглажена, не имеет орнамента, за ис — ключением поясков конических ямок или жемчужин. Есть профи — лированные, но преобладают прямостенные сосуды (рис. 3).

90

На наш взгл я д материа лы эти х стоянок древнейшие на Верх- нем Дон у. В позднем мезоли те в Лесостепное Подонье приходит население из Северо — Западного Прикаспи я (Синюк, 1986 ) тран — зи том через Среднее Повол ж ье, а навык изготовлени я керамик и на Верх нем Дон у вы рабатывае тся в результате прямого кон так — та с населением елшанской культу ры, пришедшей чуть позднее, которое уже умело изготавливать керами ческ у ю посуд у. Дон — ское население быст ро перенимае т готовый рецеп т изготовле — ни я посуды. Этим, на наш взгл я д, объясн яе тся появление прак — тическ и сра зу сформи ровавшегося керами ческого комп лекса среднедонской культу ры. Не сл у чайно самые ранние материа лы среднедонской культу ры Верх него Дона стоянк и Ярлуковская Протока, украшенные ра здельными наколами треу гольной фор — мы имеют много общего. В этом керами ческом комп лексе есть профилированные горшк и и другие выше описанные формы, они лепи лись по тем же рецеп там. Иск лючением ста л отка з en лощени я внешней поверх ности и появление гребен чаты х сгла — живающих расчёсов снару ж и или изн у т ри сосудов и своя систе — ма орнаментации.

Далее, по нашему мнению, на территории лесостепного Подо- нья складывается ситуация по которой здесь сосуществуют две археологические культуры. Одна из них автохтонная с посудой украшенной треугольными наколами сложившаяся, как сказано выше, на основе местного мезолитического населения. Памятники её территориально локализуются в Среднем Подонье и южной час — ти Верхнего. Появление второй стало результатом продолжения притока населения уже населения средневолжской культуры на исследуемую нами территорию. Это выразилось в наличии памят — ников карамышевской культуры, впервые выявленных нами в 2001 году (Смольянинов, 2001). На сегодняшний день таких поселений

— 20, поэтому ставится вопрос о выделении новой карамышевской археологической культуры, занимающей территорию Верхнего Подонья, преимущественно северную её часть в бассейне р. Во — ронеж. Взаимодействие этих культур видимо было мирное, боль — шая экологическая ёмкость лесостепи позволяла сосуществовать. Не исключено, что это выразилось и в совместном проживании на ряде памятников, что отразилось в появлении синкретичной ке — рамики, например, на поселении Карамышево 19 на р. Воронеж (Смольянинов, 2004. С. 55-60).

91

Литература:

Бирюков И. Е. Отчёт отряда археологической экспедиции Липецко — го госпединститута о изучении памятников раннего железного века в Липецкой области в 1991 г. Архив ИА РАН.

Колев Ю. И., Ластовский А. А., Мамонов А. Е. Многослойное по- селение эпохи неолита-позднего бронзового века у села Нижняя Орлянка на реке Сок // Древние культуры лесостепного Поволжья. Самара, 1995.

Кузьмина О. В., Ластовский А. А. Стоянка Красный Городок //

Древние культуры лесостепного Поволжья. Самара, 1995.

Ластовский А. А. О культурном статусе керамики елшанского типа // Вопросы археологии Поволжья. Самара, 2006. Вып. 4.

Левенок В. П. Отчет о полевых работах Верхне-Донского отряда в 1965 году // Архив ИА РАН.

Левенок В. П. Отчет о полевых работах Верхне-Донской археоло-гической экспедиции в 1963 году // Архив ИА РАН.

Левенок В. П. Отчет о полевых работах Верхне-Донской экспе- диции ЛО ИА АН СССР и Липецкого краеведческого музея в 1962 году // Архив ИА РАН.

Левенок В. П. Отчет об археологических раскопках Верхне-Донс-кой экспедиции в 1964 году // Архив ИА РАН.

Мамонов А. Е. Елшанская культура: проблемы изучения и хроно- логический аспект // Известия Самарского научного центра Россий — ской Академии Наук. Специальный выпуск. «Актуальные пробле — мы истории, археологии, этнографии». Самара, 2006.

Мамонов А. Е. О культурных статусе елшанских комплексов //

Вопросы археологии Поволжья. Самара, 1999. Вып. 1.

Мамонов А. Е. Ранний неолит. Елшанская культура. История Са- марского Поволжья с древнейших времён до наших дней. Камен — ный век. Самара, 2000.

Моргунова Н. Л. Эпоха неолита-энеолита в лесной зоне Волго-Уральского междуречья. Автореф. дисс. … канд. ист. наук. М., 1984.

Синюк А. Т., Клоков А. Ю. Древнее поселение Липецкое Озеро.

Липецк, 2000.

Смольянинов Р. В. Материалы эпохи неолита поселения Кара- мышево 19 на р. Воронеж // Археологические памятники бассейна Дона. Воронеж, 2004.

Смолak’>

энеолита датировались специалистами первой половиной IV тыс. до н. э. (Васильев, 1979), поздний этап неолита, характеризовавшийся гребенча- той посудой относился ко 2 половине V тыс. до н. э. (Моргунова, 1984).

На рубеже веков появились первые данные естественно-научных дисциплин по наиболее архаичным неолитическим материалам инте — ресуемого региона. По спорово-пыльцевым показателям слой Чекали — но IV, где залегала посуда елшанского типа, относился к бореальному периоду. С трёх елшанских памятников по раковинам пресноводных моллюсков было получено восемь дат с разбросом от 8510±60 л. н. до

7950±130 л. н. (Мамонов, 1999). Несмотря на то, что эти значения сов — пали с определениями палеогеографов столь ранние даты (2 половина VII тыс. до н. э.) для наиболее древних комплексов вызвали дискуссию (Выборнов, 2003, с.36-37; Котова, 2002, с.74-75; Вискалин, 2002, с.274-281; 2006, с.260-265; Мамонов, 2007). Более того, в последнее время высказана версия о том, что керамика елшанского типа доживает до раннего энеолита (Ластовский, 2006, с.112).

В определённой мере способствовать прояснению ситуации с хро — нологией неолитических памятников лесостепного Заволжья может определение их абсолютного возраста по радиоуглеродному датирова — нию органики, содержавшейся в керамике (Ковалюх, Скрипкин, 2007). По данным технологического анализа первая группа елшанской посу — ды с Ивановской стоянки изготовлена из илистой глины без примеси шамота (Васильева, 2007, с.27-29). Для нее получена дата: 7930±90 л. н., то есть рубеж VII иVI тыс. до н. э. Эта дата хорошо согласуется с датой по костям животных, полученной с этого же памятника — 8020±90 (Ле-2343) (Тимофеев, Зайцева, 1997, с.100). Вторая группа елшанской посу — ды содержит примесь шамота и получила две даты: 7780±90 и 7680±90 л. н. Они тождественны датам для елшанской посуды с примесью шамо — та (определение И. Н.Васильевой) на стоянке Усть-Ташёлка на р. Свияге недалеко от г. Ульяновска (Вискалин, 2003) — 7810±190 л. н. и 7680±190 л. н. (Ковалюх, Скрипкин, 2007). Таким образом, можно констатировать существование этих комплексов в первой половине VI тыс. до н. э.

По керамике елшанского типа со II Старо-Елшанской стоянки (Васи — льев, Пенин, 1977, с.7, рис.4) для двух образцов получены три даты. Для первого: 6820±80 л. н, а для другого — 6760±80 л. н. и 6480±80 л. н. Одно из определений второго образца явно противоречит двум первым датам. Поэтому более корректными будут две первые даты. Необходимо ого — ворить, что для анализа эти образцы тщательно отбирались и еще раз проверялись на технологический анализ И. Н.Васильевой. Это в значи — тельной мере снижает возможность ошибочного отнесения этих фраг — ментов к иным комплексам. Полученные даты разнятся с ивановскими в

97

тысячу лет. На первый взгляд это противоречит мнению А. Е.Мамонова о возрасте елшанской культуры, занимающей узкий хронологический период (Мамонов, 2006, с.274). Однако речь шла о наиболее древних материалах. Во-вторых, уместно напомнить версию А. А.Ластовского о длительном существовании неорнаментированной профилированной посуды. Тем более, что на II Старо-Елшанской стоянке эта керамика хоть и залегала чуть ниже фрагментов с наколами (Васильев, Пенин, 1977), ряд признаков (толщина сосудов, технология изготовления, характер об — работки поверхностей) у них общий. Кроме того, полученные даты хо — рошо согласуются с датировкой образца елшанского облика со стоянки Озимёнки II на р. Мокше — 6950±170 л. н. (Выборнов, Королёв, Ставицкий,

2006). Поэтому вполне допустим интервал в первую четверть V тыс. до н. э. В этой связи следует обратить внимание на керамику, орнаментиро- ванную прочерками в виде косой решетки, наиболее ранее появление которой специалисты связывают с елшанской культурой. По фрагмен — там этого типа с Ильинской стоянки (Мамонов, 2002, с.161, рис.3, 6) по — лучены две даты: 6760±90 и 6640±100 л. н.

Вторая группа керамики, которая вызывает у специалистов инте- рес, впервые была выделена после раскопок на стоянке Луговое III на р. Свияге близ г. Ульяновска. Это прямостенные, плоскодонные сосуды с заглаженной поверхностью. Подавляющая часть керамики не имеет ор — намента. У 60% сосудов под венчиком проходит ряд вдавлений из ямок разной конфигурации (Буров, 1980). Как радиоуглеродные даты для это — го комплекса – вторая половина III тыс. до н. э., так и относительная по — зиция между накольчатыми и гребенчатыми памятниками вызывали у исследователей некоторые сомнения. В лесостепном Заволжье сходная с луговской посуда была обнаружена на Виловатовской стоянке в бас — сейне р. Самара (Васильев, Выборнов, Габяшев, Моргунова, Пенин, 1980, с.157-159). Но в более достоверном контексте она получена в сокском микрорайоне. Именно эту посуду И. Б.Васильев и А. А.Выборнов относи — ли ко второму этапу развития елшанских древностей (Васильев, Выбор — нов, 1988). Керамика со стоянки Красный Городок (Кузьмина, Ластовс — кий, 1994, с.31, рис.4.1-2) получила две даты: 6730±100 л. н. и 6550±130 л. н. Аналогичная посуда с Ильинской стоянки (Мамонов, 1988, с.101, рис.8)

— 6740±70 л. н. и 6680±70 л. н. Однотипные фрагменты с Красного Яра VII

— 6540±80 л. н. Непосредственно со стоянки Луговое III черепки данного типа получили даты — 6700±100 л. н. Таким образом, речь идет о второй четверти V тыс. до н. э. Керамика луговского типа встречается в одном комплексе с посудой, орнаментированной наколами на стоянках Щер — бетьская II и IV Тетюшская (Габяшев, 2003), Дубовских (Никитин, 1996). Иначе говоря, подразумевался её более поздний возраст. Это предполо-98

жение нашло свое подтверждение. На II Максимовской стоянке (Выбор — нов, Пенин, 1979, с.7, рис.2-3;4) для фрагментов луговского типа получено две даты: 6470±80 л. н. и 6420±80 л. н; по Красному Яру VII — 6280±90 л. н.; по II Большераковской стоянке (Барынкин, Козин, 1991, с.97, рис.2,

1) — 6310±70 л. н. Аналогичная вышеописанной керамика обнаружена на правобережье, в среднем течении р. Суры на стоянке Молёбное озеро I и получила дату — 6290±90 л. н. таким образом, речь допустимо вести и о второй половине V тыс. до н. э.

Исследователи объясняли появление накольчатой традиции в ле- состепном Заволжье как результат взаимодействия двух культурных компонентов: местного елшанского и пришлого орловского (Васи — льев, Выборнов, 1988; Моргунова, 1997; Мамонов, 2000). Более того, А. И.Юдин допускает проникновение степного населения в район Вол — го-Уральской лесостепи (Юдин, 2001, с.62-63). Как типологический (Выборнов, 2007, 98-102) так и, что особенно важно, – технологический (Васильева, 2007, с.30-102) анализы позволили конкретизировать ситу — ацию. Коллекция накольчатой керамики с Ивановской стоянки подраз- деляется на две группы. Первая без ямочного пояска под венчиком и с геометрическими композициями сходная с орловской проявляет две технологии: из илов и илистых глин. Это отражает процесс смешения елшанской (из илов глины) и нижневолжской (из илов) традиций.

По фрагментам с накольчатым орнаментом Ивановской стоянки

(Моргунова, 1995, с.108-109, рис.6-7) получено четыре даты: 7060±100;

6980±80; 6930±90; 6840±90 л. н. Здесь необходимо отметить, что для 3 слоя Варфоломеевской стоянки есть даты: 7120±90 и 7080±80 л. н., а для II Старо-Елшанской — 6820±80 л. н. Таким образом, типологические и технологические разработки исследователей о хронологическом соот — ношении елшанских и нижневолжских комплексов подтвердились и с помощью радиоуглеродных дат.

Ещё одной компонентой средневолжской (волго-уральской) куль- туры является керамика с насечками (Выборнов, 2000). Её появление фиксируется по фрагментам с Ильинской стоянки (Мамонов, 1988, с.103, рис.12) – 6770±90 и 6670±100 л. н.

Накольчатая традиция продолжает своё развитие как в южной, так и в северной частях лесостепного Заволжья и в более позднее время. Иссле- дователи, во-первых, отмечали неоднократные импульсы из степной зоны (Выборнов, 2002), во-вторых, И. Н.Васильева пришла к выводу, что кера — мика с треугольными наколами и ямочно-жемчужными поясами на Вило — ватовской стоянке изготовлена преимущественно из илов (как впрочем и аналогичная группа с Ивановской стоянки), что по сути свидетельствует о местном развитии южных традиций. Керамика с Виловатовской стоянки

99

(Васильев, Выборнов, Габяшев, Моргунова, Пенин, 1980, с.163-164, рис.6-7) получила 6 дат: от 6320±90 до 5840±90 л. н. (таблица). В последнюю треть V тыс. до н. э. укладываются даты и в более северной части. Так, по II Щер — бетьской стоянке — 6270±90 л. н., по IV Тетюшской — 6170±90 л. н., на Ду — бовской III — 6130±100 и на Отарской VI — 6020±90 л. н. Западнее, на р. Суре керамика со стоянки Утюж I получила даты: 6330±90 и 5890±80 л. н.

Следующая группа керамики неолита лесостепного Заволжья

– с коротким, чуть изогнутым зубчатым штампом (Васильев, Выбор — нов, Габяшев, Моргунова, Пенин, 1980, с.162-170, рис.8-10). По сходс- тву технико-типологических признаков с накольчатой и по наличию фрагментов, на которых сочетались оба способа нанесения орнамента, исследователи допускали их частичное сосуществование. По фрагмен — там с зубчатым узором Виловатовской стоянки (Васильев, Выборнов, Габяшев, Моргунова, Пенин, 1980, с.166, рис.8, 1, 7) получено 7 дат: от

6160±100 до 5755±80 л. н. (таблица). Иначе говоря, они подтверждают вышеуказанное предположение. Примечательно, что и в западной час- ти Среднего Поволжья зубчатая посуда получила сходные даты: Ковы — ляй I — 6140±90; Подлесное III — 6070±90; Имерка Iа — 5920±80 л. н. В тоже время, необходимо обратить внимание на даты керамики с зубчатой орнаментацией на стоянке Ильинка (Мамонов, 1988, с.103, рис.10, 3):

5730±80 и 5620±80 л. н.; на стоянке Лебяжинка IV (Выборнов, Королев, Мамонов, Овчинникова, 2007, с.133, рис.10, 1-4): 5690±80 и 5590±80 л. н. Иначе говоря они укладываются во вторую четверть IV тыс. до н. э.

Накольчатая традиция завершает свое развитие в интересуемом регионе в первой четверти IV тыс. до н. э. об этом свидетельствуют даты для черепков с наколами на стоянке Лебяжинка IV (Выборнов, Королёв, Мамонов, Овчинникова, 2007, с.149, рис.26, 4; с.150, рис.27, 5):

5930±90 и 5880±90 л. н. и на стоянке Красный Яр VII (Выборнов, 2000, с.197, рис.12, 4) — 5780±100 л. н. Этот хронологический диапазон занима — ют и поздненакольчатые комплексы на правобережье. Так, для стоянки Ковыляй I — 5880±90 л. н., а для Озимёнок II — 5830±90 л. н.

На смену зубчатой приходит гребенчатая техника нанесения ор- намента, которую специалисты относят преимущественно к финалу средневолжской (волго-уральской) культуры. На стоянке Лебяжинка IV фрагменты подобного типа (Выборнов, Королёв, Мамонов, Овчинни — кова, 2007, с.133, рис.10, 1-4) получили даты: 5420±80 и 5360±90 л. н. В западной части Среднего Поволжья посуда с гребенчатыми оттисками также продатирована. На стоянке Имерка IV — 5590±80 л. н., Озимёнки II — 5650±80; 5490±90 и 5370±90 л. н.

Исследователи отдают себе отчет в том, что радиоуглеродный метод не является панацеей. Тем более, что вышеприведённые даты получены по

100

новой методике, нуждающейся в дальнейшем совершенствовании. Одна — ко, серии дат для достаточно большого числа памятников позволяют уже в настоящее время начать работу по анализу предварительных данных.

Литература:

Барынкин П. П., Козин Е. В. Некоторые результаты исследований II Большераковской стоянки // Древности Восточно-Европейской лесо — степи. Самара, 1991.

Буров Г. М. Каменный век Ульяновского Поволжья. Ульяновск, 1980. Васильев И. Б., Пенин Г. Г. Елшанские стоянки на р. Самаре в Орен — бургской области//Неолит и бронзовый век Поволжья и Приуралья.

Куйбышев, 1977.

Васильев И. Б., Выборнов А. А., Габяшев Р. С, Моргунова Н. Л., Пенин Г. Г. Виловатовская стоянка в лесостепном Заволжье //Энеолит Восточ — ной Европы. Куйбышев, 1980.

Васильев И. Б., Выборнов А. А. Неолит Поволжья. Куйбышев, 1988.

Васильев И. Б. Лесостепное Поволжье в эпоху энеолита и ранней бронзы//Автореф. дисс. канд. ист. наук. М., 1979.

Васильева И. Н. О гончарной технологии населения Волго-Уралья в эпоху неолита (по материалам Ивановской стоянки)//Археологические памятники Оренбуржья. Оренбург, 2007.

Вискалин А. В. Пути неолитизации Волго-Камья (к постановке воп-роса)// Тверской археологический сборник. Вып.5. Тверь, 2002.

Вискалин А. В. Ранненеолитический комплекс стоянки Елшанка 10 (Усть-Ташелка) (итоги предварительного изучения)// Археология Вос- точноевропейской лесостепи. Пенза, 2003.

Вискалин А. В. К вопросу о датировке ранненеолитической керамики ел-шанского типа//Тверской археологический сборник. Вып.6. Тверь, 2006.

Выборнов А. А., Пенин Г. Г. Неолитические стоянки на р. Самаре//

Древняя история Поволжья. Куйбышев. 1979.

Выборнов А. А. Средневолжская культура // История Самарского

Поволжья с древнейших времен до наших дней. Самара. 2000.

Выборнов А. А. Проблемы изучения неолита лесостепного Повол-жья//Современные проблемы истории и философии. Самара, 2002.

Выборнов А. А. Неолит лесостепного Поволжья и его окружение// Чтения, посвященные 100-летию деятельности В. А.Городцова в ГИМе. М., 2003.

Выборнов А. А., Королев А. И. Ставицкий В. В. Неолитические мате — риалы стоянки Озименки II в Примокшанье//Вопросы археологии По — волжья. Вып.4. Самара, 2006.

Выборнов А. А. Два аспекта в изучении волго-уральской культуры//Фор — мирование и взаимодействие уральских народов в изменяющейся этнокуль — турной сфере Евразии: проблемы изучения и историографии. Уфа, 2007.

101

Выборнов А. А., Мамонов А. Е., Королев А. И., Овчинникова Н. В. Не — олитическая керамика стоянки Лебяжинка IV в лесостепном Повол — жье//Вестник СГПУ. Исторический факультет. Самара, 2007.

Габяшев Р. С. Население Нижнего Прикамья в V-III тысячелетиях до нашей эры. Казань, 2003.

Даниленко В. Н. Неолит Украины. Киев, 1969.

Ковалюх Н. Н., Скрипкин В. В. Радиоуглеродное датирование археологи — ческой керамики жидкостным сцинтилляционным методом//Радиоуглерод в археологических и палеоэкологических исследованиях. СПб., 2007.

Котова Н. С. Неолитизация Украины. Луганск. 2002.

Кузьмина О. В., Ластовский А. А. Стоянка Красной Городок// Древ-ние культуры лесостепного Поволжья. Самара, 1994.

Ластовский А. А. О культурном статусе керамики елшанского типа//Вопросы археологии Поволжья. Вып.4. Самара, 2006.

Мамонов А. Е. Ильинская стоянка и некоторые проблемы неолита лесостепного Заволжья// Проблемы изучения раннего неолита лесной полосы Европейской части СССР. Ижевск. 1988.

Мамонов А. Е. Елшанская культура// История Самарского Поволжья с древнейших времен до наших дней. Каменный век. Самара, 2000

Мамонов А. Е. Новые материалы Ильинской стоянки в Самарской области//Историко-археологические изыскания. Вып.5. Самара, 2002.

Мамонов А. Е. Елшанская культура: проблемы изучения и хроноло — гический аспект//Актуальные проблемы истории, археологии, этногра- фии. Самара, 2006.

Моргунова Н. Л. Ивановская стоянка эпохи неолита-энеолита в

Оренбургской области// Энеолит Восточной Европы. Куйбышев, 1980.

Моргунова Н. Л. Эпоха неолита и энеолита в лесостепной зоне Вол-го-Уральского междуречья // Автореф. дисс. канд. наук. М., 1984.

Моргунова Н. Л. Неолит и энеолит юга лесостепи Волго-Уральского междуречья. Оренбург, 1995.

Моргунова Н. Л. Население юга лесостепи Волго-Уральского меж- дуречья в эпохи неолита-энеолита-ранней бронзы//Автореф. дисс. док. ист. наук. М., 1997.

Никитин В. В. Этнические процессы в Марийском Поволжье в древ-ности (спорные вопросы) //АЭМК. Вып.14. Йошкар-Ола, 1988.

Тимофеев В. И, Зайцева Г. И. К проблеме радиоуглеродной хроно- логии неолита степной и юга лесной зоны европейской части России и Сибири// Радиоуглерод и археология. Вып.2. СПб., 1997.

Юдин А. И. О чертах сходства орловской и волго-уральской неоли — тических культур: контакты или миграции?// XV Уральское археоло- гическое совещание. Оренбург, 2001.

102

Таблица

Ивановка № образца 102, елшан-ская (без шамота)

Кі – 14568

7930±90

1 σ 6860-6680ВС

2 σ 7080-6590ВС

Ивановка № образца 103, елшан-ская (с шамотом)

Кі – 14631

7780±90

1 σ 6690-6470ВС

2 σ 7050-6400ВС

Ивановка № образца 103, елшан-ская (с шамотом)

Кі – 14567

7680±90

1 σ 6600-6430ВС

2 σ 6700-6340ВС

Ивановка образец №46/2, накольча-тая керамика мелкие фрагменты

Ki -14118

7060±100

1σ 6020-5800 ВС

2σ 6090-5720 ВС

Ивановка образец №46/1, накольча-тая керамика мелкие фрагменты

Ki -14079

6980±80

1σ 5920-5770 ВС

2σ 6010-5710 ВС

Ивановка образец №45/2, на-кольчатая керамика

Ki -14119

6930±90

1σ 5900-5720 BC

2σ 5930-5660 BC

Ивановка образец №45/1, на-кольчатая керамика

Ki -14080

6840±90

1σ 5800-5630 BC

2σ 5910-5610 BC

Елшанская стоянка

Кі – 14413

6820±80

1 σ 5780-5630ВС

2 σ 5880-5610ВС

Елшанская стоянка

№обр.104(а), елшанская

Кі – 14569

6760±80

1σ 5730-5610ВС

2σ 5800-5510Вс

Елшанская стоянка

№обр.104(б), елшанская

Кі – 14570

6480±80

1 σ 5520-5360ВС

2 σ 5560-5300ВС

Ильинка образец №13/1, не орна-ментированная керамика

Ki -14111

6740±70

1σ 5720-5610 BC

2σ 5740-5510 BC

Ильинка образец №13/2, не ор-наментированная керамика

6760±80

1σ 5730-5610ВС

2σ 5800-5510Вс

Елшанская стоянка

№обр.104(б), елшанская

Кі – 14570

6480±80

1 σ 5520-5360ВС

2 σ 5560-5300ВС

Ильинка образец №13/1, не орна-ментированная керамика

Ki -14111

6740±70

1σ 5720-5610 BC

2σ 5740-5510 BC

Ильинка образец №13/2, не ор-наментированная керамика

Ильинка образец №15/2, керами-ка с насечками

Ki -14147

6770±90

1σ 5740-5610 BC

2σ 5810-5510 BC

Ильинка образец №15/1, керами-ка с насечками

Ki -14113

6670±100

1σ 5660-5510 BC

2σ 5740-5470 BC

Ильинка образец №14/1, зубча-тая керамика

Ki -14112

5620±80

1σ 4540-4350BC

2σ 4680-4330BC

Ильинка образец №14/2, зубча-тая керамика

Ki -14146

5730±80

1σ 4690-4490BC

2σ 4780-4360BC

Красный городок образец №10/1, неорнаментированная

Ki -14078

6730±100

1σ 5730-5530 ВС

2σ 5800-5470 ВС

Красный городок образец №10/2, неорнаментированная

Ki -14117

6550±130

1σ 5620-5370 ВС

2σ 5730-5280 ВС

103

Красный Яр VII,

неорнаментированная

Кі – 14580

6540±80

1σ 5560-5460 ВС

2σ 5630-5340 ВС

Красный Яр VII,

неорнаментированная

Кі – 14586

6280±90

1σ 5370-5200 ВС

6550±130

1σ 5620-5370 ВС

2σ 5730-5280 ВС

103

Красный Яр VII,

неорнаментированная

Кі – 14580

6540±80

1σ 5560-5460 ВС

2σ 5630-5340 ВС

Красный Яр VII,

неорнаментированная

Кі – 14586

6280±90

1σ 5370-5200 ВС

2σ 5480-5030 ВС

Красный Яр VII, накольчатая

Кі – 14462

5780±100

1σ 4730-4500 ВС

2σ 4900-4350 ВС

Максимовка II

неорнаментированная

Ki -14411

6420±80

1σ 5480-5320 BC

2σ 5540-5210 BC

Максимовка II

неорнаментированная

Ki -14412

6470±80

1σ 5490-5340 BC

2σ 5560-5200 BC

Б. Раковка II

неорнаментированная

Ki -14835

6310±90

1σ 5380-5200 BC

2σ 5480-5050 BC

Б. Раковка II

неорнаментированная

Ki -14829

5770±90

1σ 4720-4500 BC

2σ 4810-4440 BC

Б. Раковка II

неорнаментированная

Лебяжинка 4 образец №16/1, зуб-чатая керамика

Ki -14083

5690±80

1σ 4620-4450 BC

2σ 4720-4350 BC

Лебяжинка 4 образец зубчатая

№16/2,

Ki -14122

5590±80

1σ 4500-4340 BC

2σ 4620-4320 BC

Лебяжинка 4 образец №18/1, гре-бенчатая

Ki -14082

5420±80

1σ 4350-4220 BC

2σ 4460-4040 BC

Лебяжинка 4 образец

№18/2, гребенчатая

Ki -14121

5360±90

1σ 4130-4040 BC

2σ 4350-3990 BC

Виловатвская образец №19а/1, накольчатая керамика из одного сосуда

Ki -14085

5840±100

1σ 4800-4580 BC

2σ 4940-4450 BC

Виловатовская образец №19а/2, накольчатая керамика из одного сосуда

Ki -14124

5910±80

1σ 4860-4680 ВС

2σ 4960-4540 ВС

Виловатовская образец №19б/1,

накольчатая керамика

Ki -14086

5840±90

1σ 4800-4580 ВС

2σ 4860-4490 ВС

Виловатовская образец №19б/2,

накольчатая керамика

Ki -14125

6020±90

1σ 5040-4790 ВС

2σ 5250-4650 ВС

Виловатовская образец №20/1,

зубчатая

Ki -14087

6010±80

1σ 5000-4770 BC

2σ 5250-4650 BC

Виловатовская образец №20/1,

зубчатая

Ki -14833

5920±90

1σ 4860-4680 BC

2σ 5030-4540BC

104

Виловатовская образец №20/2,

зубчатая

Ki -14126

5880±90

1σ 4850-4610 BC

2σ 4950-4490 BC

Виловатовская образец №21/1, зуб-чатая керамика из одного сосуда

Ki -14088

6160±100

1σ 5260-4950 ВС

2σ 5350-4800 ВС

Виловатовская образец

№21/2 зубчатая керамика

Ki -14127

5980±100

1σ 5000-4770 ВС

2σ 5250-4600 ВС

Виловатовская образец №22/1,

зубчатая

Ki -14089

5960±90

1σ 4940-4770 BC

2σ 5060-4670 BC

Виловатовская образец №22/2,

зубчатая

Ki -14089

5755±80

1σ 4710-4500 BC

2σ 4800-4450 BC

Виловатовская образец №23, на-кольчатая керамика

Ki -14090

6320±90

1σ 5380-5200 BC

2σ 5480-5200 BC

Материал взят из: Археология восточноевропейской лесостепи. Вып. 2.Том. 1