Общественное мнение и формирование новых политических институтов  в России

При наличии некоторых сходных черт взаимодействие новых политических институтов и общественного мнения в современной России происходит во многих отношениях иначе, чем на Западе. И дело не только в том, что возникновение и развитие новых политических институтов в современной России по сравнению со странами Запада происходило не столько путем “прорастания” снизу, в результате усилий и борьбы за свои политические права большинства рядовых граждан, сколько за счет формирования и насаждения «сверху», в интересах и при активном участии сравнительно узких слоев элиты; заметим, что такой путь институционального освоения демократии является достаточно распространенным на протяжении начавшейся в сер. 1970-х гг. третьей волны демократизации. Дело даже не в том, что на постсоветском пространстве, и в первую очередь в его российском ядре, были радикальным образом уничтожены существовавшие прежде зачаточные формы гражданского общества и сами предпосылки его возникновения (прежде всего институт частной собственности, который и на сегодняшний день в полноценном виде не возрожден). Дело в том, что российское общество в значительной своей части унаследовало из своего советского прошлого чрезвычайно причудливую и не имеющую аналогов даже в бывших восточноевропейских странах «народной демократии» смесь ценностей и установок государственного патернализма и так называемой «социалистической демократии», идеализированный образ которой вносит и по сей день весьма своеобразные аберрации в представления о демократическом идеале, нормах и ценностях, в конце концов, о целях демократического транзита, его направлении, критериях оценки его результатов.

Более того, сам пафос демократизации, охвативший СССР в период перестройки и способствовавший созданию в обществе основы для демократического консенсуса (который точнее следовало бы именовать «антикоммунистическим»), во многом определялся стремлением к обновленному и очищенному от «чуждых наслоений» идеалу «демократического социализма». Эту особенность постсоветского общественного сознания следует учитывать всякий раз, когда в опросах общественного мнения оценивается привлекательность и результативность демократии и ее институтов. Противоречивость восприятия демократии и демократических институтов широкими слоями населения во многом определила характер новых формирующихся политических институтов в России, и не только после 1991 г., когда непосредственное влияние общественного мнения на развитие политических институтов стало уменьшаться, но в первую очередь в период конца 1980-х начала 1990-х гг., когда общественное мнение оказывало значительное влияние на процессы изменения политической системы. Инерцию этих призрачных позднеперестроечных представлений о «подлинном социализме, освобожденном от антидемократических деформаций» зафиксировали первые широкомасштабные опросы общественного мнения.

В связи с этим прежде, чем рассматривать конкретные данные массовых опросов, в которых россиянами дается обобщенная оценка развития демократии в России и выражается их отношение к тем или иным политическим институтам, имеет смысл привести данные опроса, проведенного в феврале 1995 г. Фондом «Общественное мнение», которые иллюстрируют отношение россиян к демократии как одному из ключевых слов в политической риторике последнего десятилетия (табл. 5., см. также).

Таблица 5. Положительно (отрицательно) относящиеся к следующим высказываниям политиков, журналистов, общественных деятелей о демократии (данные в %).

Отношение к высказыванию Положительное Отрицательное
1. «Демократия в России сегодня неизбежно ведет к хаосу и анархии» 45 24
2. «Для спасения России сегодня нужна диктатура, а не демократия» 25 41
3. «Демократия единственный путь к процветанию России» 27 31
4. «Только демократия спасет Россию от угрозы коммунизма и фашизма» 22 34
5. «Демократия в России сегодня может быть только ширмой для разграбления страны и передела собственности власть имущими» 54 16
6. «Демократия в России дает возможность каждому проявить все, на что он способен» 33 29
7. «Нынешняя демократия не имеет ничего общего с подлинной социалистической демократией властью человека труда» 60 9
8. «Демократия в России необходима, но находящиеся у власти демократы ее компрометируют» 63 7
9. «Нынешний государственный строй не является демократическим, демократию России еще только предстоит построить» 73 3

Источник: Опрос Фонда «Общественное мнение» (в дальнейшем ФОМ) 95MR1 (февраль 1995).

Как видно из приведеных данных, наибольшее и по существу консенсусное согласие вызывают три тезиса: «нынешний государственный строй не является демократическим, демократию России еще только предстоит построить», «демократия в России необходима, но находящиеся у власти демократы ее компрометируют» и «нынешняя демократия не имеет ничего общего с подлинной социалистической демократией властью человека труда». Налицо ярко выраженное неприятие наличных форм демократии и олицетворяющих ее акторов, а также стремление искать демократический идеал в недавнем прошлом. Обобщенная оценка уровня развития демократии в России (табл. 6), в сравнении с соответствующей оценкой в странах Запада (см. табл. 2), заметно ниже и имеет явную тенденцию к дальнейшему снижению (при том, что вопрос, который задавался российским респондентам, был сформулирован почти так же, как и тот, что задавался респондентам в странах Западной Европы), а доля неудовлетворенных функционированием демократии в постсоветской России намного выше, чем в странах Западной Европы, достигая более, чем четырех пятых опрошенных.

Таблица 6. В целом, насколько Вы удовлетворены развитием демократии в России очень удовлетворены, относительно удовлетворены, не очень удовлетворены, совсем не удовлетворены?(положительные и отрицательные ответы приведены в совокупности) (данные в %).

В целом, насколько Вы удовлетворены 1991 1992 1994 1996
развитием демократии в России? ноябрь Ноябрь ноябрь ноябрь
Удовлетворены 15 11 7 8
Не удовлетворены 67 76 83 82

Источник: Central and Eastern Eurobarometer (January 1992, February 1993, Autumn 1994, March 1997).

Вместе с тем, налицо двойственность восприятия демократии: неудовлетворенность реальными результатами демократизации отнюдь не тождественна разочарованию в демократическом идеале как таковом (табл. 7). Подобную двойственность в определенном отношении можно наблюдать и в странах Западной Европы. Так, демократия как идея вызывает поддержку от 93 до 98% западноевропейских граждан (включая и представителей новых европейских демократий, Греции, Португалии, Испании). В тех же странах заметно меньше тех, от 65 до 90%, кто рассматривает демократию как реальную форму правления, наилучшую при любых обстоятельствах. Ясно, однако, что в России сегодня речь может идти о степени удовлетворенности (либо неудовлетворенности) не столько работой демократии, сколько успехами процессов демократизации российских властных институтов.

Таблица 7. Оценка необходимости демократии и ее перспектив в России, демократичности нынешнего режима и его акторов (данные в %).

Дата опроса 02.04.94 05.11.94. 27.11.93 16.04.94 05.11.94
Вопрос «Как Вы считаете, нужна ли России демократия?» «Считаете ли Вы нынешний политический режим в России демократическим?» «Согласны ли Вы с тем, что сегодня Россией управляют демократы?» «Согласны ли Вы с утверждением, что демократия в России терпит поражение?»
1. «Да» 49 57 22 19 59
2. «Нет» 24 23 52 53 18
3. «Затрудня-юсь ответить» 27 20 25 28 23

Источник: Опросы ФОМ 93P46 от 27.11.93, 94P13 от 02.04.94, 94P15 от 16.04.94, 94P44 от 05.11.94.

Но и сам этот идеальный образ демократии как бы раздвоен: наряду с представлениями о «социалистической демократии» в сознании российского гражданина находится место и общепризнанным в мире представлениям о ключевых элементах демократического режима (табл. 8.). Конечно, на представления о демократии значительное влияние оказывают ценности постсоветского человека, формирующиеся в ходе кризиса и радикального преобразования прежней «советской» системы ценностей. В определенной степени противоречивый облик и нестабильность российской демократии, ее институтов безусловно связаны с этими болезненными процессами трансформации системы ценностей россиян, с мучительными попытками выработать новую, современную систему ценностей. Однако, связь между ценностными ориентациями граждан, в том числе их представлениями о демократии, с одной стороны, и стабильностью демократии, демократических политических институтов, с другой, не является простой причинной связью. Ценностные предпочтения не определяют впрямую устойчивое функционирование институтов демократии. Причины нестабильности и противоречивости российской демократии этим не исчерпываются.

Таблица 8. «С Вашей точки зрения, демократия это…?» (в порядке убывания рейтинга позиции) (данные в %).

«С Вашей точки зрения, демократия  это…?»
1. «Недопустимость нарушения конституции государством и гражданами» 33%
2. «Свободные выборы в центральные и местные органы власти» 29%
3. «Наличие многопартийной системы» 26%
4. «Независимость средств массовой информации» 22%
5. «Свобода митингов, демонстраций, забастовок и других форм протеста» 20%
6. «Гарантии прав меньшинства» 20%
7. «Справедливое распределение материальных и культурных благ» 19%
8. «Неприкосновенность частной собственности» 18%
9. «Разделение законодательной, исполнительной и судебной властей» 16%
10. «Решительные действия против тех, кто препятствует проведению экономических реформ» 11%
11. «Власть Советов»  8%
12. «Использование в борьбе с властями любых средств, в том числе оружия»  3%
13. «все перечисленное» 17%
14. «другое»  5%
15. «З.О.» 23%

Источник: Опрос ФОМ 94P18 от 07.05.94.

Причины неудовлетворенности россиян процессом демократизации многообразны, они включают, в частности, воздействие социально-экономического кризиса и уверенность немалой части опрошенных в том, что политический режим, установившийся в России после 1993 г., не является демократическим. Но одна из наиболее важных причин, на наш взгляд, состоит именно в отчуждении подавляющей части населения России от существующих политических институтов, созданных, по мнению рядовых обывателей, сверху, элитой и для элиты. Налицо как бы своеобразный заколдованный круг: отчуждение политических институтов провоцирует нежелание рядовых граждан участвовать в их деятельности (например, в деятельности политических партий, в выборах, обуславливает слабый интерес к политике как таковой и т.п., см. табл. 9, 10), а  нежелание представителей массовых групп участвовать в функционировании политических институтов, в свою очередь, провоцирует их дальнейшее отчуждение от этих политических институтов, монополизацию последних представителями политической элиты, карьеристами и партийными функционерами.

Таблица 9. Хотели бы Вы сегодня вступить в какую-либо политическую партию? (данные в %)

1. «Я уже состою в партии»  2%;
2. «Да, я хотел бы вступить в определенную партию»  8%;
3. «Нет, я не хотел бы вступать ни в какую партию»  81%;
4. «Затрудняюсь ответить»  9%.

Источник: Опрос ФОМ  94Р07 от 19.02.94.

Таблица 10. Выборы в местные органы власти проходят в России с большим трудом при чрезвычайно низкой активности населения. Как Вы считаете, почему? (данные в %)

1. «Потому, что население разочаровалось в местных выборных органах власти»  15%;
2. «Потому, что население разочаровалось в любых выборных органах власти»  37%;
3. «Потому, что население разочаровалось в демократии вообще»  28%;
4. «другое»  7%;
5. «Затрудняюсь ответить»  13%.

Источник: Опрос ФОМ  94Р12 от 26.03.94.

Здесь уместно вспомнить, что и в странах Запада за исключением, пожалуй, США, многие политические институты первоначально создавались сверху и в интересах элиты (например, парламент в Англии), но с течением времени становились общенациональными политическими институтами. Проблема России состоит в том, что новые политические институты создаются в совершенно иную эпоху и, как правило, не опираются на прочные традиции. Основная часть населения не может ждать, пока политические институты, созданные в интересах элиты, постепенно начнут функционировать в интересах большинства граждан. В результате у большинства россиян нарастает глубокое чувство неудовлетворенности функционированием политических институтов, которое выливается в недоверие по отношению к ним (табл. 11, 12).

Таблица 11. Оценка деятельности государственных институтов:

(данные в %).

Дата опроса
Оценка март-апрель 1993 март-апрель 1994 февраль 1995
Президента РФ
«Положительная» 30% 20% 13%
«Нейтральная» 15% 15% 17%
«Отрицательная» 46% 54% 67%
«Затруднившиеся ответить» 8% 11% 3%
Правительства РФ
«Положительная» 16% 10% 10%
«Нейтральная» 20% 19% 20%
«Отрицательная» 53% 56% 66%
«Затруднившиеся ответить» 13% 15% 4%
Совета Федерации РФ
«Положительная»   * 8% 9%
«Нейтральная»   * 27% 38%
«Отрицательная»   * 28% 43%
«Затруднившиеся ответить»   * 37% 9%
Государственной Думы РФ
«Положительная» 9%* 9% 10%
«Нейтральная» 17%* 25% 34%
«Отрицательная» 62%* 33% 48%
«Затруднившиеся ответить» 12%* 33% 8%
Областных /краевых, республиканских/ органов власти
«Положительная» 15% 18% 26%
«Нейтральная» 18% 22% 32%
«Отрицательная» 48% 37% 34%
«Затруднившиеся ответить» 17% 22% 9%
Городских /районных/ органов власти
«Положительная»   * 20% 29%
«Нейтральная»   * 19% 26%
«Отрицательная»   * 40% 39%
«Затруднившиеся ответить»   * 20% 6%

* На момент опроса соответстующие институты еще не существовали.

Источник: Опрос ФОМ типа «Монитор»: 93MR1 (март-апрель 1993), 94MR1 (март-апрель 1994), 95MR1 (февраль 1995), а также бюллетень ФОМ серии «Социологические сообщения» № 284 (опрос 27-28.09.97).

Таблица 12. Доверие политическим институтам: (данные в %).

Степень доверия институту 30.07.1994 15.08.1998
Президенту РФ «Доверяю» 17 6
«В равной степени доверяю и не доверяю» 17 9
«Не доверяю» 57 79
«Затрудняюсь ответить» 9 6
Правительству РФ «Доверяю» 18  11
«В равной степени доверяю и не доверяю» 18  17
«Не доверяю» 51  66
«Затрудняюсь ответить» 13  6
Совету Федерации РФ «Доверяю»  10
«В равной степени доверяю и не доверяю»  18
«Не доверяю»  54
«Затрудняюсь ответить»  18
Государственной Думе «Доверяю» 11  10
РФ «В равной степени доверяю и не доверяю» 22  16
«Не доверяю» 50  65
«З.О.» 16  9
Законодательному «Доверяю»  18
собранию, Думе Вашей области «В равной степени доверяю и не доверяю»  18
/края, республики/ «Не доверяю»  43
«Затрудняюсь ответить»  22
Губернатору, Главе «Доверяю»  31
администрации Вашей области, края, «В равной степени доверяю и не доверяю»  17
руководителю Вашей «Не доверяю»  37
республики/ «Затрудняюсь ответить»  15
Мэру, Главе «Доверяю»  35
Администрации Вашего города «В равной степени доверяю и не доверяю»  18
/района/ «Не доверяю»  34
«Затрудняюсь ответить»  13

Источник: Опрос ФОМ 94Р30 от 30.07.94, а также бюллетень ФОМ серии «Социологические сообщения» № 398 (опрос 15-16.08.98).

В условиях ярко выраженной неудовлетворенности существующими политическими институтами весьма остро встает вопрос о формах и источниках легитимности этих институтов. В условиях современной России ни одна из моделей легитимности власти, выделенных М.Вебером (традиционная, харизматическая, рациональная легитимность), в чистом виде не является эффективной; более того, часто не эффективны они и в совокупности. Происходит это потому, что разрушены условия и для традиционной легитимности (вместе с самими традициями и традиционным обществом), и для харизматической легитимности (в условиях углубляющегося кризиса и неэффективности попыток государства контролировать ситуацию любая харизма быстро разрушается, ей не на что опереться), и для рациональной легитимности (правила и процедуры, установленные бюрократией, чужды большинству населения). В этих условиях легитимность не обеспечивают даже выборы, через непродолжительное время люди, голосовавшие за того или иного представителя власти, могут отвернуться от него. В этом смысле показателен пример выборов президента, состоявшихся в 1996 г. Комментируя итоги этих выборов, видный политолог А.Салмин, в частности, писал: “Режим обрел обновленную, если не новую, легитимацию. После переизбрания президента 54% голосов (против 41% у соперника-коммуниста) у оппозиции меньше возможностей именовать режим “оккупационным” и “антинародным” (эпитеты, в которых звучит эхо распада СССР в 1991 г., шоковой терапии реформ 1992 г. и, наконец, насильственного роспуска Съезда народных депутатов в 1993 г.)”. Но уже через два года после начала нового срока президентства Б.Ельцина требование отставки президента и досрочных выборов стало как никогда массовым, политический кризис как никогда глубоким, а все старые и новые эпитеты функционируют с удвоенной силой. Во многих посткоммунистических странах наблюдалась быстрая потеря популярности победивших на выборах партии или президента, но в России этот процесс протекает особенно драматично и, главное, при полной неукорененности практически всех новых демократических институтов.

Даже к институту президентства, получившему одобрение большинства россиян на референдуме в марте 1991 г., отношение россиян претерпело заметную эволюцию. К середине второго срока президентства Б.Ельцина все большую поддержку среди населения получают предложения если не об отмене поста Президента РФ как такового (такая отмена означала бы для избирателя ликвидацию одного из немаловажных каналов политического влияния на власть, что для него, повторим, приоритетно), то о принципиальном перераспределении полномочий между институтами представительной демократии. Преимущество при этом получают, и это, заметим, новая, но достаточно устойчивая тенденция, формирующаяся в ходе политического кризиса весны-лета-осени 1998 г., выборные органы власти,  имеющие легитимацию местного (регионального), но не федерального уровня (т.е., например, это могут быть депутаты Федерального собрания, но выбранные по одномандатным округам, а не по партийным спискам).

В качестве иллюстрации подобной тенденции приведем данные двух опросов Фонда «Общественное мнение» от 27-28.09.97 и от 26-27.09.98 (соответственно, бюллетени серии «Социологические сообщения» №№ 284 и 407). В 1997 г. россиянам задавался вопрос: «В Думе иногда звучит требование внести в Конституцию поправки, ограничивающие полномочия Президента и расширяющие полномочия Думы. Как Вы относитесь к такому требованию одобряете или нет?». Одобрили требования ограничить полномочия Президента 31% опрошенных, не одобрили 36%, отнеслись к этому предложению безразлично 15%, затруднились ответить 19%. В 1998 г. россиянам задавался вопрос: «Одни полагают, что в России основная власть и полномочия должны принадлежать Президенту, избираемому путем всенародного голосования. Другие считают, что в России основная власть и полномочия должны принадлежать Федеральному Собранию, члены которого избираются в своих округах, областях, краях. С какой с первой или со второй точкой зрения Вы согласны?» Согласие с первой из предложенных позиций выразили 32% опрошенных, со второй 44%, затруднились ответить 24%.

На сегодняшний день наиболее значимым для россиян демократическим институтом остается институт свободных выборов, позволяющий им хотя бы в какой-то степени влиять на власть. Для значительного большинства россиян право на выбор и на участие в политическом процессе значимо существенно выше конъюнктурной и сиюминутной солидарности с объектом своих политических симпатий. Так, накануне парламентских выборов 1995 г. на вопрос: «Надо ли проводить парламентские выборы в декабре этого года даже если на них может победить партия, за которую Вы ни при каких обстоятельствах не стали бы голосовать?»,  положительный ответ дали  48% россиян, отрицательный -18%, затруднились ответить 34%. (Источник: Опрос ФОМ 95Р12 от 01.04.95)  В этом мы видим еще одно проявление характерной особенности политического самосознания и поведения российского общества: для подавляющего большинства россиян значимость появившихся за последние годы политических институтов (как представительных органов власти, так и политических партий) определяется не столько политическим содержанием, присущим их идеальным прототипам, сколько тем, в какой мере в их реальной практике воплощается право рядового избирателя на участие в политическом выборе, в определении тех, кому будет предоставлена власть в России. Эта позиция большинства отражает глубоко укорененное недоверие к власти и к ее посулам: обремененные опытом россияне в большинстве своем как правило предпочитают сегодняшнюю «синицу в руке» разговорам о грядущих завтра улучшениях (табл. 13).

Таблица 13. «Что, по Вашему мнению, лучше: чтобы выборы в Думу состоялись в срок, даже если нынешний закон о выборах ущемляет права избирателей, или чтобы Дума сначала улучшила Закон о выборах, даже если придется перенести срок выборов?» (данные в %).

1. «Лучше, чтобы выборы состоялись в назначенный срок»  42
2. «Лучше, чтобы Дума усовершенствовала Закон о выборах, а дата выборов не столь важна»  20
3. «Мне это безразлично»  20
4. «З.О.»  18

Источник: Опрос ФОМ 95Р45 от 11.11.95.

Наряду с новыми государственными и политическими институтами важнейшим компонентом процесса демократических преобразований в России является так называемая «четвертая власть», включающая в качестве своей непременной составляющей независимые от государства средства массовой информации. Выше уже подчеркивалась роль СМИ как одного из важнейших каналов, через который осуществляются прямые и обратные связи между общественным мнением и политическими институтами. В современной России СМИ оказывают заметное влияние на все стороны общественной жизни, в том числе на формирование и изменение политических институтов, выполняя функции посредника между государством и обществом, элитными группировками и массовыми группами, между властными институтами и различными группами интересов. Как же оценивается роль СМИ, их объективность и независимость от власти в освещении политической жизни, насколько, по мнению россиян, «прозрачен» этот один из важнейших каналов взаимовлияния общественного мнения и институтов политической власти в России (табл. 14)?

Таблица 14. Отношение россиян к СМИ (данные в %).

 «Как Вы полагаете, объективно ли в средствах массовой информации освещается деятельность Государственной Думы?».
1. «да» 30
2. «нет» 45
3. «затрудняюсь ответить» 25
Источник: Опрос ФОМ 27-28.09.97, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 284
 «Как Вы думаете, телевидение, радио, газеты рассказывают о деятельности Президента в целом объективно или необъективно?»
1. «объективно» 26
2. «не объективно» 58
3. «затрудняюсь ответить» 16
«А вообще о политических событиях в стране телевидение, радио, газеты рассказывают в целом объективно или необъективно?»
1. «объективно» 35
2. «не объективно» 49
3. «затрудняюсь ответить» 16
«Как Вы думаете, должно ли государство контролировать содержание политических материалов в частных средствах массовой информации или не должно?»
1. «должно» 53
2. «не должно» 31
3. «затрудняюсь ответить» 16
«По Вашему мнению, какие из средств массовой информации государственные или частные более правдиво рассказывают о положении дел в стране?»
1. «государственные» 24
2. «частные» 43
3. «затрудняюсь ответить» 33
Таблица 14. (Продолжение)
«Как Вы считаете, должно ли государство при ограниченных возможностях бюджета продолжать финансовую поддержку средств массовой информации или ее нужно прекратить?»
1.«продолжать поддержку» 71
2. «прекратить поддержку» 12
3. «затрудняюсь ответить» 17
Источник: Опрос ФОМ 13-14.06.98, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 369
 «Иногда высказывается мнение, что государство должно установить контроль над  печатью, телевидением, радио, определять, что следует, что не следует обнародовать. Вы согласны или не согласны с таким мнением?»
1. «согласен»  40
2. «не согласен»  49
3. «затрудняюсь ответить»  11
Источник: Опрос ФОМ 19-20.09.98, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 405
«Скажите, пожалуйста, в какой мере лично Вы доверяете сегодня средствам массовой информации?»
1. «доверяю» 32
2. «в равной степени доверяю и не доверяю» 34
3. «не доверяю» 27
4. «затрудняюсь ответить» 7
Источник: Опрос ФОМ 15-16.08.98, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 398

Характерный для нынешнего состояния общественного сознания россиян дуализм восприятия политических институтов проявляется и в данном случае. Критическое и весьма недоверчивое отношение большинства к материалам, публикуемым и распространяемым через СМИ сочетается со сравнительно высоким рейтингом доверия, которое, по мнению россиян, заслуживает институт свободных СМИ. Еще более причудливо выглядит отношение российского общества к СМИ в контексте проблемы государственного контроля над ними и наилучшей для СМИ формы собственности (государственной или частной). Складывается впечатление, что, отвечая на эти вопросы, респонденты руководствуются различными, иногда противоречащими друг другу соображениями и кардинально меняют свой взгляд на предмет в зависимости от формулировки вопроса. Так, если речь заходит об оценке эффективности СМИ по ключевому параметру – правдивости их информации о положении дел в стране, то россияне, руководствуясь здравым смыслом, отдают предпочтение частным СМИ. Когда же речь заходит о праве государства на контроль (т.е. вмешательство в дела СМИ), то в сознании значительной части отвечающих пробуждаются чувства, унаследованные из недавнего советского прошлого и они выступают за меры, которые не только навязывают СМИ государственный патернализм, но и фактически ограничивают их свободу. Налицо несколько наивные представления немалой части россиян о том, что освещение событий в стране, в том числе деятельности властных институтов, можно сделать более адекватным с помощью вмешательства государства в деятельность СМИ; при этом отсутствует понимание того, что тем самым возрастает опасность возврата к ситуации, существовавшей до начала политических реформ.

Эти и другие особенности современного политического сознания и, в частности,  отношения к новым политическим институтам, отличающие российское общественное мнение, побуждают рассмотреть вопросы о возможной обратимости произошедших за последние годы политических изменений, о возможном возврате к институтам и формам организации советской политической системы, о том, насколько общественное мнение готово сегодня принять такую перспективу, тем более, что набирающая силу коммунистическая оппозиция ставит перед собой цель полного изменения конституции, ликвидации поста президента, восстановления Советов и т.п., что формирует ситуацию, которая немыслима ни в одной западноевропейской или восточноевропейской стране, но не исключена для России. Опросы общественного мнения не исключают вероятность того, что ликвидация новых и восстановление старых политических институтов в России, хотя и невозможные в полной мере, в частичном виде и под новыми лозунгами могут быть проведены.

Так, отвечая на вопрос: «Как Вы считаете, власть коммунистов в России закончилась или нет?», 30% россиян с той или иной степенью уверенности склоняются к положительному ответу, 53% к отрицательному, 17% затрудняются ответить. При этом 33% относятся к этому положительно, 25% отрицательно, 20% безразлично, а еще 22% затрудняются ответить (Источник: Опрос ФОМ  94Р19 от 14.05.94). Еще больший интерес представляют ответы на ключевой вопрос российской политической жизни: «Иногда говорят, что «Россия прошла историческую развилку, и возврат к обществу, строящему коммунизм, невозможен». Как Вы думаете, правы ли те, кто так говорит?» «Да» ответили  50% опрошеных, «нет» 33%, затруднились ответить 16% (Источник: Опрос ФОМ 27-28.09.97, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 284).

Итак, половина опрошенных россиян согласны с тем, что возврат к обществу, строящему коммунизм, и к соответствующим ему политическим институтам невозможен, в то время как треть респондентов придерживаются противоположного мнения. Как видно, численное превосходство первых над вторыми было не столь уж велико даже в относительно благополучном 1997 году. В период обострения кризиса вопрос об обратимости политических изменений в России стал еще более актуальным, а ответ на него более проблематичным, обнаруживая недостаточную укорененность в общественном сознании и повседневной практике новых политических институтов. И все же возврат к прежним институтам власти вряд ли осуществим без нарушения существующего в российском обществе баланса сил и баланса мнений.

Другим, хотя и близким к реставрационному, вариантом «отката» от демократического сценария развития является переход к автократическому правлению, к диктатуре. Отвечая на прямой вопрос: «Как Вы считаете, нужна ли сегодня в России диктатура ничем не ограниченная власть одного лица или группы лиц?», 28% россиян с той или иной степенью уверенности склоняются к положительному ответу, 54% к отрицательному, 18% затрудняются ответить. Ответившим положительно, либо затруднившимся с ответом задавался еще один вопрос: «Если Вы считаете, что сегодня в России необходима диктатура, то в первую очередь для чего?» 52% из их числа (или 24% от населения в целом) выбрали позицию «для борьбы с преступностью и для наведения порядка в стране»; еще по 9% (4% от населения в целом) «для возрождения России как сверхдержавы» и «для возврата к социалистическому строю»; 5% (2%) «для ускоренного продвижения к капитализму»;наконец, 24% (11% от населения в целом) затруднились ответить. Иными словами, доминирующая мотивация авторитаристских настроений в российском обществе это откровенно деидеологизированная потребность в порядке и обуздании преступности и хаоса в стране. Что, впрочем, отнюдь не исключает вполне «классические» варианты развития антидемократического процесса, поскольку такого рода общественная потребность активирует, пробуждает к жизни политические силы, в своей публичной риторике сознательно делающие ставку на эту своего рода «идеологию деидеологизированных».

Вместе с тем, как это ни парадоксально, политический кризис августа-сентября 1998 г., выявил, судя по некоторым косвенным признакам, симптомы политической активизации российского общества (табл. 15) при одновременной смене революционной парадигмы развития политических институтов на эволюционную. Такая ситуация роста политической активности при отсутствии явного усиления радикализма достаточно уникальна в истории России и создает определенные предпосылки будущего продвижения российской политии к фазе «консолидированной демократии».

Таблица 15. Интерес россиян к политике.

  «Скажите, пожалуйста, интересовала ли Вас раньше и интересует ли теперь политическая жизнь в России?» (данные в %)
Дата опроса 26-27.09.98 18-19.06.94
1. «раньше интересовала, и теперь интересует»  51%;  32%;
2. «раньше интересовала, а теперь не интересует»  12%;  22%;
3. «раньше не интересовала, а теперь интересует»  16%;  14%;
4. «раньше не интересовала, и теперь не интересует»  18%;  31%;
5. «затрудняюсь ответить»  3%;  1%.

Источник: Опрос ФОМ 94Р24 от 18-19.06.94 и Опрос ФОМ 26-27.09.98, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 407.

Несмотря на глубокий кризис, резко усиливший остроту ключевого вопроса политического будущего страны, выбор большинства россиян на стороне эволюционной трансформации институтов демократии (табл. 16). При этом по отношению к ряду ключевых институтов демократии: к свободным выборам, к свободе печати, даже к такому «непопулярному» как многопартийность, доминирует «консервативное» неприятие резких перемен, которые (не говоря уже о возможности полного упразднения существующих политических институтов) рассматриваются общественным мнением с болезненной настороженностью, как попытки прямого посягательства на обретенное обществом право. Обратим внимание на то, что в таком отношении рядовых россиян к инициативам некоторых политических сил по пересмотру нормативных основ свободы печати, свободных выборов и деятельности политических партий просматриваются явные симптомы недоверия к политической элите, предощущение вызревающих в ней антидемократических тенденций, намерений ограничить эффективность действия ключевых рычагов влияния на власть (таких как пресса или выборы) со стороны массовых слоев общества. Особенно ярким подтверждением тому является резкий рост в условиях политического кризиса осени 1998 г. числа сторонников полного сохранения существующей свободы печати (при том, что отношение россиян к деятельности СМИ остается, как мы видели выше, весьма критическим и неоднозначным).

Таблица 16. «Сейчас в России новое правительство. Если бы новые руководители спросили Вас, что из достигнутого нужно полностью сохранить, что частично изменить, а от чего избавиться, то что бы Вы им посоветовали?» /респондент мог выбрать любое число ответов/

 «Что из достигнутого нужно полностью сохранить, что частично изменить, а от чего избавиться?»
«НЕОБХОДИМО…» «…полностью сохранить» «…частично изменить, усовершенствовать» «…совсем  отменить»
Дата опроса 3-4.10.1998 22-23.02.1997 3-4.10.1998 22-23.02.1997 3-4.10.1998 22-23.02.1997
«Общенародные выборы
Президента, депутатов,
глав администраций» 39 43 5 7 2 3
«Свободу печати» 51 17  6 6 2 2
«Многопартийность» 25 30 10 8 13 17
«Существующую 4 6 34 36 11 17
структуру власти»
«Конституцию» 13 21 43 46 4 3

Источник: Опрос ФОМ 3-4.10.98, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 409

По ряду других позиций, воспринимаемых более отстраненно (таких как конституция или «существующая структура власти»), общественное мнение занимает отчетливо выраженную реформистскую позицию, но и в данном случае не приемлет упразднения таковых институтов, т.е. «отката» назад.

К сожалению, мы не имеем возможности осуществить прямое сопоставление общественного мнения России и стран Западной Европы по вопросу о предпочтительных формах изменения политической системы (ср. табл. 1). Тем не менее, совокупность косвенных свидетельств говорит о том, что позиция революционного экстремизма, так же как и позиция «ностальгии по прошлому» в России до настоящего времени остается мало популярной. В этой связи обратим внимание на еще одну весьма характерную особенность политического сознания российского общества. Когда россиянам задается вопрос: «Как Вы считаете, Россия в целом сегодня движется по верному пути или нет?», реформаторы и власти оказываются в меньшинстве («да»  26%; «нет» 54%; «затрудняюсь ответить» 20%). Если же изменить постановку вопроса и поинтересоваться, сколь велика решимость опрашиваемых пойти на радикальное изменение курса (предлагаемый в данном случае вопрос звучал следующим образом: «Одни говорят, что «Необходимо полностью изменить курс развития России», а другие, что «Надо продолжать сегодняшний курс, но исправлять недостатки и не допускать ошибок». С каким из этих двух мнений Вы скорее согласны?»), то согласие с радикальными переменами выражают лишь 30%, тогда как 57% предпочитают ограничиться корректировкой нынешнего курса, тем самым отказывая в поддержке радикальной оппозиции (Источник: Опрос ФОМ 27-28.09.97, бюллетень серии «Социологические сообщения» № 284.).

В целом, картина взаимодействия общественного мнения и меняющихся политических институтов в современной России выглядит весьма пестрой, динамичной и противоречивой. В то же время, несмотря на быстро меняющуюся социально-экономическую и политическую ситуацию в стране, в ряде случаев оказывается возможным проследить некоторые общие тенденции и инварианты, характеризующие взаимосвязи общественного мнения и развивающихся политических институтов на всем протяжении периода бурных перемен 1991-1998 гг. Эти тенденции нельзя свести ни к однозначной поддержке новых политических институтов, ни к их отторжению; скорее речь идет о характерном для массового сознания стремлении к эволюционному изменению, развитию этих институтов в направлении, обеспечивающем усиление социальной политики и социальной поддержки населения, а также усиление влияния рядовых граждан на принятие политических решений. В какой мере и в каких формах возможна реализация этого стремления большинства россиян, это другой вопрос.

Итак, приведенный материал позволяет выявить и проиллюстрировать некоторые характерные черты взаимодействия общественного мнения и развивающихся политических институтов, присущие, с одной стороны, стабильным в социальном и политическом отношении странам Западной Европы, а с другой стороны, современной России, находящейся в процессе глубокой социально-политической трансформации. Разумеется, поставленные или только затронутые в статье проблемы требуют дальнейших исследований, учитывающих как страновую специфику, так и конкретный социально-политический контекст. Кроме того перспективным представляется детальный анализ особенностей становления, развития и функционирования определенного политического института (например, института президентства или электоральной системы) в той или иной стране через призму общественных ожиданий, ориентаций и оценок. Однако это темы дальнейших исследований.

Материал взят из книги Общественное мнение  и изменение политических институтов в россии и на западе (В.И.Пантин, В.И.Лапкин)