ЭВОЛЮЦИОННЫЕ ВЗГЛЯДЫ Б. М. ЗАВАДОВСКОГО

М. В. Касаткин

Государственный Биологический музей им. К. А. Тимирязева

Москва, Россия: kmv@gbmt. ru

Крупный ученый, физиолог и эндокринолог, академик ВАСХНИЛ Борис Ми — хайлович Завадовский (1895–1951) был разносторонним и талантливым челове- ком, совмещавшим научную работу с преподавательской и популяризаторской деятельностью. Он принимал активное участие в дискуссиях 1920–1930-х гг. по философским аспектам эволюционной теории и генетики, участвовал во многих международных конгрессах, был членом нескольких зарубежных научных об — ществ. Проводившиеся в созданной им Лаборатории экспериментальной биологии исследования по проблеме наследования приобретенных признаков дали отрица — тельный результат. На Августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 г. Б. М. Завадовский выступил против невежественных идей Лысенко, в защиту генетики и дарвинизма. После этого он был уволен со всех должностей, а его имя и научные труды неспра- ведливо забыты.

Ключевые слова: Б. М. Завадовский, дарвинизм, неоламаркизм, наследование при — обретенных признаков, Августовская сессия ВАСХНИЛ 1948 г.

Борис Михайлович Завадовский (1895–1951), доктор биологических и доктор сельскохозяйственных наук, профессор, академик ВАСХНИЛ, был крупным специ — алистом в области эндокринологии. Как и его старший брат Михаил Михайлович, тоже академик ВАСХНИЛ, он изучал функции желез внутренней секреции и роль гормонов в организме. Борис Михайлович, помимо своей основной специальности, всегда живо интересовался вопросами эволюции.

Уже во время учебы он получил хорошую теоретическую подготовку. В 1913 г. Борис Завадовский поступил на естественно-историческое отделение Московско — го университета, где существовала сильная эволюционная школа, и окончил пол — ный курс по специальности «Физиология животных». Он слушал лекции по гео — логии и палеонтологии у основателя московской геологической школы академика А. П. Павлова, по морфологии и систематике растений — у профессора М. И. Голенки — на, по зоологии и сравнительной анатомии — у профессоров Г. А. Кожевникова и А. Н. Северцова, а практикум по сравнительной анатомии позвоночных у него вел приват-доцент И. И. Шмальгаузен1.

Одновременно он посещал двухлетний практикум в Лаборатории эксперимен — тальной биологии при Московском городском университете им. А. Л. Шанявско — го, которой руководил профессор Н. К. Кольцов, один из основателей российской генетической школы. Известно, что среди окончивших этот практикум были та — кие крупные ученые, как С. Н. Скадовский, В. А. Энгельгардт, А. С. Серебровский, В. Ф. Натали, Н. В. Тимофеев-Ресовский и др. Там же он услышал блестящие лек- ции К. А. Тимирязева и впоследствии всегда считал его своим учителем как в во — просах дарвинизма, так и в деле популяризации научных знаний. С 1915 по 1919 г. Борис Завадовский, продолжая учебу в Московском университете, вел занятия

1 Экзаменационная книжка № 30. Архив Б. М. Завадовского. ГБМТ. ОФ-10282/12.

по биологии на научно-популярном отделении университета Шанявского. Одна — ко он не успел получить диплом. Летом 1919 г., во время экспедиционной поезд — ки в Асканию-Нова, он оказался отрезанным от Москвы фронтами Гражданской войны и попал в Одессу. Для сдачи итоговых экзаменов он прослушал еще один семестр в Новороссийском (Одесском) университете, причем выбрал специаль — ность «Общая биология и дарвинизм»2. После получения диплома он был принят

Студенческая книжка Бориса Завадовского

ассистентом кафедры физиологии, которую возглавлял один из лучших учеников академика И. П. Павлова профессор Б. П. Бабкин.

Осенью 1920 г. Б. М. Завадовский смог перебраться в Москву, где ему предложили возглавить кафедру биологии в Коммунистическом университете им. Я. М. Свердлова, созданном на базе реорганизованного университета Шанявского. Этой кафедрой он руководил до закрытия Коммунистического университета в 1935 г. и перепрофили — рования его в Высшую школу пропагандистов при ЦК ВКП(б)3.

В 1923 г. Б. М. Завадовский прошел трехмесячную стажировку в Петрограде, в лабораториях крупнейших физиологов профессора Н. П. Кравкова и академика И. П. Павлова, где освоил самую современную методику исследований и сложней — шую технику операций на лабораторных животных. Позднее вместе с И. П. Павловым

2 Экзаменационная книжка № 329. Архив Б. М. Завадовского. ГБМТ. ОФ-10282/13.

3 Сейчас в здании бывшего университета Шанявского размещается Российский государ-ственный гуманитарный университет, считающий себя его наследником.

он неоднократно входил в состав советских делегаций на международных конгрес — сах физиологов.

Одновременно с преподавательской работой он развернул активную научно-ис — следовательскую и популяризаторскую деятельность. При университете им были организованы Лаборатория экспериментальной биологии и Биологический музей им. К. А. Тимирязева (Завадовский, 1924a). Основой для создания музея послу — жили учебные коллекции университета Шанявского и экспонаты «Музея живой природы», созданного при университете в 1914 г. профессором А. Л. Бродским. Биологический музей был задуман Завадовским как музей в первую очередь эволю — ционный, поэтому первым разделом экспозиции, развернутым уже в 1921–1922 гг., стал раздел доказательств эволюции, а главными экспонатами в нем — филогене — тические схемы («эволюционные деревья») растений и животных (Завадовский,

1927). Эволюционную направленность во всех своих экспозициях музей сохраняет до сегодняшнего дня (Касаткин, 2009).

Б. М. Завадовский в экспозиции Биологического музея у «эволюционного древа».

1930-е гг.

В программу научных исследований созданной им лаборатории, кроме чисто физиологических вопросов, входило также изучение ряда эволюционных проблем. Б. М. Завадовского особенно интересовал малоизученный в то время вопрос о воз — можности наследования приобретенных признаков (Завадовский, 1924б, 1925a). Среди его сотрудников в 1924–1927 гг. были слушатели Института красной про — фессуры И. И. Агол и В. Н. Слепков, делавшие тогда первые шаги в научной работе. Позднее они перешли в генетическую лабораторию к А. С. Серебровскому. Помимо генетических исследований они подключились к разработке философских аспектов

дарвиновской теории и активно участвовали в диспутах, проходивших на заседани — ях Общества биологов-марксистов во второй половине 1920-х — начале 1930-х гг. В 1937 г. оба они были репрессированы (Гайсинович, 1988, с. 304–305; Дубинин,

1992, с. 33–34). Лаборатория экспериментальной биологии с 1931 г. вошла в состав Всесоюзного института животноводства в качестве лаборатории эндокринологии ВИЖ, но в 1937 г. была закрыта.

В бурных дискуссиях между неодарвинистами и неоламаркистами, проходив — ших в 1920-х гг., участвовал и Б. М. Завадовский. При этом он не входил в состав ни одной из противоборствующих группировок и занимал совершенно особую по — зицию «борьбы на два фронта». С одной стороны, он выступал против механоламар — кизма, психоламаркизма, витализма и телеологических представлений, но с другой, признавая бесспорные достижения генетики, не мог согласиться с абсолютизацией недостаточно проверенных генетических теорий и некритическим подходом к ин — терпретации полученных результатов. В частности, он был не согласен с взглядами Г. де Фриза, У. Бэтсона и других «формальных» генетиков на механизмы видообра- зования, которые отрицали основные положения дарвиновской теории естествен — ного отбора. Сущность имеющихся разногласий и свою позицию он подробно изложил в ряде публикаций (Завадовский, 1926a, б). Б. М. Завадовский писал:

«В числе вопросов, которые являются наиболее актуальными и требующими дис — куссии…первый и основной вопрос — это старый и давний спор о неодарвинизме и ламаркизме, куда вклинивается и проблема наследования приобретенных призна — ков, и целый ряд выходов из него в область евгеники и других приложений выводов биологии к практике социальной жизни. Вторым вопросом, вызывающим много недоразумений, является оценка принципа естественного отбора, определение гра — ниц и пределов его влияния. С ним тесно связана третья проблема — случайности и закономерности в природе. Четвертым источником взаимного непонимания яв — ляется отношение к так называемой „революционной“ теории мутаций Де-Фриза и, наконец, в-пятых — проблема скачков в природе и перехода количества в качество» (Завадовский, 1926б, с. 17–18).

Борис Михайлович был ярким оратором и страстным полемистом, однако счи — тал необходимым дать возможность высказаться своим оппонентам, даже если их представления существенно отличались от его взглядов. Эту позицию и свои разно — гласия с авторами по многим вопросам Завадовский выразил в предисловии к книге неоламаркистов Е. С. Смирнова, Ю. М. Вермеля и Б. С. Кузина «Очерки по теории эволюции» (1924). Несмотря на критическое отношение он, тем не менее, рекомен — довал книгу читателям для ознакомления с альтернативной точкой зрения.

Б. М. Завадовский считал себя сторонником классического дарвинизма. В его по — нимании это означало, что в представлениях Дарвина о природе изменчивости при — сутствовали некоторые идеи, высказанные еще Ж. Б. Ламарком. Поэтому в первой половине 1920-х гг. в его взглядах, несмотря на заявляемую позицию, было много элементов ламаркизма, от которых он позднее отказался. В некоторых действитель — но сложных вопросах он хотел разобраться сам, в частности экспериментально под — твердить или опровергнуть возможность наследования приобретенных признаков. Поэтому он не был столь категоричен, как другие участники дискуссий. В работе

«Дарвинизм и марксизм» (1926б) он писал: «Считаю необходимым разъяснить, что всякое словесное выражение мыслей неизбежно схематизирует вопрос. Так же нуж — но понимать первоначальное противопоставление дарвинизма и ламаркизма. Ведь

конечная идея, преследуемая мною, состоит именно в том, что принципы ламаркизма и дарвинизма вполне допускают свой синтез в единую цельную теорию внешних и внутренних факторов эволюции, и что это синтез уже был найден Дарвином и Тими — рязевым. С этой стороны совершенно верно, что в понятие дарвинизма в изложении самого Дарвина включается и понятие внешней среды».

За стремление найти рациональное зерно в позициях спорящих сторон и в чем — то их сблизить его нередко обвиняли в примиренческой позиции и эклектизме (Гай — синович, 1988, с. 298–301; Фролов, 1988, с. 78; Колчинский, 1999, с. 96, 101–103), а за попытки вернуть дискуссию из идеологической плоскости в научную он неодно — кратно подвергался резкому осуждению за аполитичность (Сойфер, 1993, с. 246).

Проводившиеся сотрудниками его лаборатории опыты на аксолотлях показали большую устойчивость эндокринной системы к влиянию внешних факторов. В ито — ге это позволило прийти к выводу, что прижизненные изменения не наследуются (Завадовский, 1925б; Гайсинович, 1988), но в то же время результаты воздействия природных условий на эндокринную систему в течение многих поколений еще со — вершенно не изучены (Завадовский, 1925б).

Летом 1931 г. Б. М. Завадовский был включен в состав советской делегации на II Международном конгрессе по истории науки и техники в Лондоне4, где высту — пил с докладом «Физическое и биологическое в процессе органической эволю — ции» (Zavadovsky, 1931). В своем докладе он дал анализ проблем, которые необхо — димо решить в биологии на современном этапе ее развития и изложил свое видение эволюции с учетом собственных исследований. Этот доклад, по мнению историка науки Дж. Нидхэма (Nidham, 1971), произвел глубокое впечатление и оказал опре — деленное влияние на развитие европейских научных исследований в области теоре — тической биологии в 1930-е гг.

19 марта 1932 г. на объединенном заседании АН СССР, Ком. академии и ВАСХНИЛ, посвященном 50-летию со дня смерти Ч. Дарвина, Завадовский сде — лал доклад «Дарвин и эволюционная теория» (1932), носивший не столько науч — ный, сколько методологический характер. В нем он дал оценку взглядам Дарвина с позиций материализма ХХ в. и вновь указал на методологические ошибки в интер — претациях механизмов эволюции как у неоламаркистов, так и у неодарвинистов.

В 1932 г. за исследования в области физиологии и эндокринологии он был из — бран членом Академии естественных наук «Леопольдина» в г. Галле (Германия), в 1935 г. стал членом Национального географического общества США, а в 1940 г. — членом Лондонского зоологического общества. С 1935 г. Б. М. Завадовский — ака — демик ВАСХНИЛ.

После закрытия Коммунистического университета им. Я. М. Свердлова Б. М. За — вадовский с 1938 по 1941 г. вел курс дарвинизма в Институте истории, философии и литературы (закрыт в декабре 1941 г.). С началом Великой Отечественной войны он вместе с одним из отделений ВАСХНИЛ был эвакуирован в г. Омск, а после возвращения из эвакуации в Москву с октября 1943 по август 1948 г. возглавлял кафедру дарвинизма в Московском педагогическом институте им. В. П. Потемкина. Одновременно он все эти годы (с 1920 по 1948 г.) был директором Государственного Биологического музея им. К. А. Тимирязева.

4 В составе делегации было восемь человек, в том числе Н. И. Бухарин, А. Ф. Иоффе, Н. И. Вавилов, Б. М. Гессен, Б. М. Завадовский.

Б. М. Завадовский с сотрудниками. 1930-е гг.

На сессии ВАСХНИЛ в декабре 1936 г. Б. М. Завадовский был одним из не — многих биологов, поддержавших Т. Д. Лысенко, поскольку считал, что его «теория стадийного развития» и прикладные работы по агробиологии представляют опре — деленный интерес и это направление исследований наряду с другими также необ — ходимо развивать. На совещании по генетике и селекции в октябре 1939 г. он все еще поддерживал Лысенко, хотя уже с некоторыми оговорками (Фролов, 1988, с. 88). Когда же Лысенко под лозунгом «творческого дарвинизма» начал насаж — дать примитивный ламаркизм, проявив полное невежество в фундаментальных основах биологии, Борис Михайлович резко выступил против него. В 1944–1945 гг. он направил в ряд журналов статьи с критикой Лысенко, но они так и не появи — лись в печати. Названия неопубликованных статей Завадовского очень показа — тельны: «„О наследственности и ее изменчивости“ и других ошибках Т. Д. Лысен — ко» (1944) — направлялась сначала в журнал «Под знаменем марксизма», затем в

«Журнал общей биологии»; «Дарвинизм и внутривидовая конкуренция» (разбор работ Т. Д. Лысенко, 1946) — направлялась в «Журнал общей биологии», затем в журнал «Большевик»; «К вопросу о состоянии дарвинизма в СССР» — рукопись для журнала «Вопросы философии» (январь 1948); и, наконец, неопубликованная рукопись статьи «Новейшая фаза „творческого дарвинизма“ как ревизия основ дарвинизма и марксизма» (1948)5.

Завадовский был категорически не согласен с административным навязыва — нием отвергнутых наукой представлений об отсутствии внутривидовой конкурен — ции, наследоваe=’mso-spacerun:yes’> сессии ВАСХНИЛ в декабре 1936 г. Б. М. Завадовский был одним из не — многих биологов, поддержавших Т. Д. Лысенко, поскольку считал, что его «теория стадийного развития» и прикладные работы по агробиологии представляют опре — деленный интерес и это направление исследований наряду с другими также необ — ходимо развивать. На совещании по генетике и селекции в октябре 1939 г. он все еще поддерживал Лысенко, хотя уже с некоторыми оговорками (Фролов, 1988, с. 88). Когда же Лысенко под лозунгом «творческого дарвинизма» начал насаж — дать примитивный ламаркизм, проявив полное невежество в фундаментальных основах биологии, Борис Михайлович резко выступил против него. В 1944–1945 гг. он направил в ряд журналов статьи с критикой Лысенко, но они так и не появи — лись в печати. Названия неопубликованных статей Завадовского очень показа — тельны: «„О наследственности и ее изменчивости“ и других ошибках Т. Д. Лысен — ко» (1944) — направлялась сначала в журнал «Под знаменем марксизма», затем в

«Журнал общей биологии»; «Дарвинизм и внутривидовая конкуренция» (разбор работ Т. Д. Лысенко, 1946) — направлялась в «Журнал общей биологии», затем в журнал «Большевик»; «К вопросу о состоянии дарвинизма в СССР» — рукопись для журнала «Вопросы философии» (январь 1948); и, наконец, неопубликованная рукопись статьи «Новейшая фаза „творческого дарвинизма“ как ревизия основ дарвинизма и марксизма» (1948)5.

Завадовский был категорически не согласен с административным навязыва — нием отвергнутых наукой представлений об отсутствии внутривидовой конкурен — ции, наследовании приобретенных признаков и порождении одного вида другим. В одной из публикаций он писал: «Еще недавно многие полагали, что любое из-5 Архив Б. М. Завадовского. ГБМТ. Рукописи.

менение, которое претерпевает организм животного или растения под влиянием внешней среды — температуры, света, изменения влажности или даже в результате каких-либо ранений, увечий и т. д., неизбежно передается по наследству потомству. Современная наука достаточно убедительно показала несостоятельность подобных воззрений» (Завадовский, 1948).

В начале 1947 г. Б. М. Завадовский обратился с письмом к секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Жданову, в котором пытался добиться публикации своих крити — ческих статей и возражал против зажима критики, но безрезультатно (Из исто — рии… 1991; Есаков, 1994). В декабре 1947 г. он принял участие в дискуссии на страницах «Литературной газеты», где выступил с критической статьей в адрес Лысенко6. В ней он изложил свое собственное мнение, отличное от позиции, вы — сказанной в статье профессоров Московского университета И. И. Шмальгаузена, А. Н. Формозова, Д. А. Сабинина и декана биофака С. Д. Юдинцева. За это вы — ступление он вместе с ними был окончательно зачислен в категорию «вейсмани — стов-морганистов», хотя некоторые генетики ошибочно восприняли его позицию как примиренческую.

Б. М. Завадовский в рабочем кабинете. 1947 г.

В феврале 1948 г. на конференции по дарвинизму на биофаке МГУ он высту — пил с резкой речью, прямо заявив, что взгляды Т. Д. Лысенко находятся в коренном противоречии с принципами Ч. Дарвина, К. А. Тимирязева, И. В. Мичурина и пред — ставляют собой ревизию основных положений дарвиновского учения (Дубинин,

1992, с. 172).

Об Августовской сессии ВАСХНИЛ академик Б. М. Завадовский узнал за

два дня до ее начала, находясь на лечении в Кисловодске, и немедленно вылетел

6 Завадовский Б. М. Под флагом «новаторства» // Литературная газета. 1947. 10 дек. (№ 62).

самолетом в Москву. Он оказался одним из немногих ее участников, открыто выступивших против лысенковщины (Сойфер, 1993, с. 406). В своем выступле — нии он указал на полную биологическую безграмотность самого Лысенко и его сторонников, выразил несогласие с администрированием в науке и зажимом инакомыслящих, попытался защитить одного из крупнейших отечественных эволюционистов академика И. И. Шмальгаузена от нападок и шельмования (О положении… 1948, с. 281–302)7. Несомненно, это был поступок, требовавший большого гражданского мужества. Более того, если некоторые из выступавших против Лысенко, узнав о поддержке его Сталиным, в последний день сессии пу — блично покаялись и признали свои так называемые «ошибки», то Завадовский все же этого не сделал.

Пережитое нервное напряжение привело к резкому ухудшению здоровья. Вскоре после сессии Б. М. Завадовский перенес инсульт, че — рез год — еще один. Однако он не мог смириться с вынужденным бездействием, поэтому неодно-

Академик Б. М. Завадовский.

1950 г.

кратно обращался с письмами в правительство на имя Г. М. Маленкова, В. М. Молотова и даже

7 По свидетельству самого Завадовского, из его выступления при публикации были убра — ны наиболее резкие оценки деятельности Лысенко.

8 Трудовая книжка. Архив Б. М. Завадовского. ГБМТ. ОФ-10282/3.

9 Из передовой статьи газеты «Правда» от 12 августа 1948 г.

лично И. В. Сталина с просьбами дать ему любую возможность продолжить науч — ные исследования. Наконец, спустя два года, после долгих согласований, его при — няли врио (временно исполняющим обязанности) заведующего лабораторией эн — докринологии в Институт акушерства и гинекологии Минздрава РСФСР. Однако его здоровье было серьезно подорвано и проработал он недолго. 31 марта 1951 г. он скончался в Боткинской больнице и был похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве.

Судьба Бориса Михайловича Завадовского оказалась такой же драматичной, как и судьбы многих других биологов того времени. Книги Б. М. Завадовского, уже сдан — ные в печать, так и остались неопубликованными. Возглавлявшаяся им эндокрино — логическая лаборатория ВИЖ была закрыта. Созданная им научная школа факти — чески распалась, поскольку некоторые из его бывших сотрудников и учеников были репрессированы, а другие после Августовской сессии уволены и лишены возможно — сти заниматься научной деятельностью. К тому же занимаемая Б. М. Завадовским в дискуссиях 1920-х — 1930-х гг. особая позиция, стремление самому докопаться до сути и найти рациональное зерно в позициях спорящих привели к тому, что в пылу баталий его не приняли обе враждующие стороны. Лысенковцы рассчи — тались с ним за критику в печати и смелое выступление на Августовской сессии ВАСХНИЛ увольнением со всех постов, отказом печатать его труды, полным заб — вением его научных заслуг, а генетики так и не смогли простить ему поддержку, оказанную Т. Д. Лысенко в конце 1930-х гг. В глазах научной общественности он остался полностью не реабилитированным, хотя, как настоящий ученый, до конца отстаивал свои убеждения и активно боролся против невежества и обскурантизма, против засилья лысенковщины в биологии. Его эволюционные взгляды и глубо — кое понимание всей сложности и неоднозначности многих природных явлений, влияющих на ход эволюции, позволяют сделать вывод, что творческий потенциал Б. М. Завадовского был реализован далеко не полностью, он мог бы еще многое сделать для развития не только физиологии, но и эволюционной биологии.

Литература

Гайсинович А. Е. Зарождение и развитие генетики. М. : Наука, 1988. 424 с.

Дубинин Н. П. История и трагедия советской генетики. М. : Наука, 1992. 384 с.

Есаков В. Д. Новое о сессии ВАСХНИЛ 1948 года // Репрессированная наука. Вып. 2. СПб. : Наука, 1994. С. 57–75.

Завадовский Б. М. О работах биологической лаборатории и музея Свердловского университета.

М. : Изд-во Ком. ун-та им. Я. М. Свердлова, 1924a. 46 с.

Завадовский Б. М. К вопросу о наследовании благоприобретенных свойств // Искра. 1924б.

№ 3. С. 6–8.

Завадовский Б. М. Дарвинизм и ламаркизм и проблема наследования приобретенных при — знаков. Доклад в Коммунистической академии // Под знаменем марксизма. 1925a.

№ 10–11. С. 79–114.

Завадовский Б. М. Внутренняя секреция и эволюция // Красная Новь. 1925б. № 9. С. 188–205.

Завадовский Б. М. Дарвинизм и ламаркизм. М. ; Л. : Госиздат, 1926a. 64 с.

Завадовский Б. М. Дарвинизм и марксизм. М. ; Л. : Госиздат, 1926б. 112 с.

Завадовский Б. М. (ред.) Основные задачи и принципы организации Биологического музея им. К. А. Тимирязева. (Опыт организации биологических музеев и уголков живой при — роды). М. : Изд-во Ком. ун-та им. Я. М. Свердлова, 1927. 262 с.

Завадовский Б. М. Дарвин и эволюционная теория // Учение Дарвина и марксизм-ленинизм.

М. : Партиздат, 1932. С. 73–101.

Завадовский Б. М. Реальность и фантастика в повести «Остров Таусена». Послесловие //

А. Р. Палей. Остров Таусена. М. : Детгиз, 1948б.

Из истории борьбы с лысенковщиной / публ. В. Есакова, С. Ивановой, Е. Левиной // Изве-стия ЦК КПСС. 1991. № 4. С. 125–141.

Касаткин М. В. Отражение теории эволюции в экспозиции, фондовых коллекциях и про-светительной работе Государственного биологического музея: исторический и современ-ный аспекты // Сб. науч. тр. Гос. биол. музея им. К. А. Тимирязева. Вып IV. М., 2009

(в печати).

Колчинский Э. И. В поисках советского «союза» философии и биологии (дискуссии и репрес-сии в 20-х — начале 30-х гг.). СПб. : Изд-во «Дмитрий Буланин», 1999. 273 с.

О положении в биологической науке : стенографический отчет сессии ВАСХНИЛ. 31 июля —

7 августа 1948 г. М. : ОГИЗ-Сельхозгиз, 1948. 536 с.

Смирнов Е. С., Вермель Ю. М., Кузин Б. С. Очерки по теории эволюции. М. : Красная Новь,

1924. 202 с. (Предисл. Б. М. Завадовского. C. 5–13).

Сойфер В. Н. Власть и наука. История разгрома генетики в СССР. М. : Лазурь, 1993. 706 с.

Фролов И. Т. Философия и история генетики. Поиски и дискуссии. М. : Наука, 1988. 416 с.

Zavadovsky B. The “physical” and “biological” in the process of organic evolution // “Science at the

cross roads” : Papers read to the Second International Congress of the History of Science and

Technology. L., 1931. 12 p.

Nidham J. Preface // Science at the Crossroads / ed. by P. G. Werskey. L., 1971. P. VIII.

Evolutionary Sights of B. M. Zavadovsky

M. V. Kasatkin

K. A. Timiryazev State Museum of Biology

Moscow, Russia: kmv@gbmt. ru

Large scientist, the physiologist and endocrinologist, the academician of the Academy of agricultural sciences Boris M. Zavadovsky (1895–1951) was the versatile and talented person. It combined scientific work with teaching activity and popularization of a science. It accepted active participation in discussions 1920–30 years on philosophical aspects of the evolutionary theory and genetics, participated in many international congresses, was a member of several foreign scientific organizations. The researches spent Laboratory of experimental biology created by it on a problem of inheritance of the got attributes have given negative result. At session of Academy of agricultural sciences in August 1948

B. Zavadovsky has opposed abysmal ignorant ideas Lysenko, in protection of genetics and darvinism. After that it has been dismissed from all posts, its name and proceedings are unfairly forgotten.

Keywords: B. M. Zavadovsky, Darwinism, Neo-Lamarckism, inheritance of the acquired attributes, session of Academy of agricultural sciences in August 1948.

Материал взят из: Чарльз Дарвин и современная биология. Труды Международной научной конференции (21–23 сентября 2009 г., Санкт — Петербург)